Камень для вставки мне тут был даже не нужен: я не планировал делать сложный артефакт на продолжительный период времени. Мне нужен был простой, но качественно сделанный бронзовый обруч, который я мог бы зачаровать. Даже если он окажется великоват для тонкой шеи детёныша сейчас — не страшно. Главное, чтобы он сделал своё дело. А подогнать по размеру или сделать новый позже — не проблема.

Пока Гракх, молча и эффективно, принялся растоплять одну из печей, я принялся за подготовку.

У меня были инструменты для начинающих ювелиров, купленные у полульва лигура на рынке Аргониса. Нехитрая, но добротная шкатулка с деревянными ручками. Я открыл её. Внутри, аккуратно разложенные в углублениях, лежали: ручная дрель с набором тонких свёрл (кости животных, закалённая сталь), маленькие напильники разной зернистости, пара ложечек-ложечников для литья, щипцы для горячего металла, проволочки для оплетения. Для моей задачи (создания миниатюрного и простого шарнирного ошейника с застёжкой) этого было более чем достаточно.

Я не стал делать сложную восковую модель. Вместо этого я взял два деревянных брусочка из твёрдого клёна, тщательно выровнял их грани и проделал в них пазы, чтобы создать простейшую разъёмную форму для литья плоской полоски металла. Ширину я прикинул на глаз (примерно в половину мизинца, толщину) как два сложенных медяка. Длину — сантиметров двадцать, с запасом.

Тем временем печь, благодаря стараниям Гракха, уже гудела ровным жаром. Вишнёвое пламя лизало свод. Я отмерил нужное количество меди и олова из наших запасов, ориентируясь на стандартный состав бронзы. Металл пошёл в маленький, глиняный тигель, который я установил в печь с помощью длинных клещей.

Ожидание, пока металл расплавится в однородную, сверкающую жидкость цвета жидкого мёда, заняло не так много времени. Я следил за процессом, время от времени помешивая расплав деревянной палочкой, чтобы выгнать возможные шлаки. Когда поверхность стала зеркальной и чистой, без ряби, я аккуратно извлек тигель. Жар бил в лицо волнами. Гракх, стоя рядом, даже не моргнул — его чешуйчатая кожа и естественная устойчивость к высоким температурам делали его идеальным помощником в таких делах.

Заливка в подготовленную форму прошла быстро. Расплавленная бронза с тихим шипением заполнила деревянный паз, вытеснив пузырьки воздуха. Я дал ей несколько минут, чтобы схватиться, а потом аккуратно разобрал форму. На деревянном ложе лежала плоская, ещё тёмно-вишнёвая от жара, слегка шероховатая полоска металла.

Дальше — кузнечная работа. Я снова разогрел заготовку в горне до светло-вишнёвого свечения, затем положил её на маленькую наковальню и принялся выравнивать, убирать литьевой грат, придавать полоске аккуратную, равномерную толщину и ширину по всей длине. Молоток в моей руке стучал легко, отрывисто — это была тонкая, фактически ювелирная работа. Потом, снова нагрев, я начал формировать сам ошейник. И не стал делать его цельнокованым кольцом: так аккуратно надеть его на зверька было бы невозможно. Моей задачей было сделать его разъёмным. Для этого я, пока металл был пластичным, аккуратно расклепал и сформировал на одном конце петлю-ушко, а на другом — удлинённый, сужающийся язычок, который должен был в эту петлю вставляться. Затем, уже на остывающей, но ещё податливой заготовке, я с помощью тонкого зубила и напильника сделал несколько отверстий на язычке — чтобы можно было регулировать обхват. После я разделил обруч на два. Самый сложный элемент — шарнир, чтобы две половинки ошейника могли сдвигаться и раздвигаться. Ну и тут я справился, проделав сверлами на одном конце два колечка, а на другом одно одинаковых нужных мне диаметров, между которыми вставил небольшую бронзовую палочку почти того же радиуса, после чего сотворил на обоих концах этого стержня шляпки, чтобы тот больше не мог высвободится из полученной конструкции.