Наконец, показались знакомые очертания: забор из кольев и хвороста, крыши нашего дома, хлева и мастерской, подёрнутые лёгкой дымкой от печной трубы. Буря, почуявшая конюшню и овёс, даже прибавила шагу.
На крыльце уже стояла и словно все это время ждала Аня. Увидев повозку с целой командой авантюристов, она не засуетилась, а лишь внимательно, оценивающе окинула всех взглядом, скрестив руки на груди. Сергей, как только повозка остановилась, первым спрыгнул на землю и принялся распрягать Бурю, чтобы отвести её в стойло, дать воды и корма. Я представил Аню команде:
— Моя сестра, Аня Железнова: именно она обнаружила угрозу.
— Здравствуйте, — кивнула Аня, её голос был ровным и деловитым с нотками гостеприимства хозяйки. — Рада, что не стали затягивать.
Было уже ближе к полудню, солнце стояло высоко, и от дома тянуло запахом дымка и чего-то вкусного: Аня как обычно не теряла времени даром пока меня не было. Она пригласила всех к столу:
— Прежде чем идти в лес полный опасностей, подкрепитесь на дорожку. Пустой желудок — не лучший советчик и помощник на охоте.
Мы вошли в дом: гостиная, просторная и светлая, с массивным дубовым столом, уже была частично накрыта. На столе стояли глиняные миски с дымящейся похлёбкой из лесных грибов и кореньев с кусочками вяленой оленины, лепёшки из грубой ржаной муки, кувшин с квасом, что недавно приготовился в подвале, и миска лесных ягод. Гракх, услышав шум, поднял голову от печи, где он дремал, сидя на полу и прислонившись спиной к тёплому камню. Его зелёно-серые глаза сузились от света, он молча наблюдал за входящими, но не встал, лишь слегка кивнул мне.
Обед прошёл вначале в деловой, а затем во всё более оживлённой атмосфере. Добрыня Волков, как я уже успел понять, оказался настоящей душой этой небольшой компании: его басовитый смех периодически сотрясал стены, а его истории, рассказываемые неторопливо, с паузами и живописными деталями, слегка даже завораживали. Он не хвастался, он просто вспоминал: про то, как они с Глебом, тогда ещё зелёными новичками, чуть не утопились, пытаясь переплыть разлившуюся речку с полным снаряжением; про то, как Варвара, тогда ещё пятнадцатилетняя девчонка, с первого выстрела из своего маленького арбалета сняла ядовитую змею, собиравшуюся укусить задремавшего Мирона. Глеб, подогретый квасом и общим настроением, активно подхватывал, добавлял свои красочные, но, как мне показалось, слегка приукрашенные детали. Он явно любил быть в центре внимания.
— А помнишь, Добрыня, как мы того кабанца отгоняли от фермы? Я ему прямо между рогов… — начал он.