Снаряд моей сестры пролетел расстояние быстро. Он попал прямо в цель — в голову шамана. Однако, к сожалению, её стрелы были слишком низкого качества: самодельные и из простого дерева. Удар пришелся не по открытой коже или шее, а по массивному украшению в виде чьего-то черепа на голове шамана. Череп, вероятно, от какого-то мелкого зверька, раскалывается при ударе, слышен короткий, сухой треск, и стрела отскакивает в сторону.
Маг от удара отшатывается, хватается рукой за голову, испуская хриплый вопль. Удар вызвал трещину на кости украшения и лёгкое оглушение у цели. Однако он остался жив, даже не был серьезно ранен. Он закричал что-то на своем языке, указывая в нашу сторону.
Но времени думать об этом пока не было. Я уже ворвался в толпу, где Сергей уже успел сильно порезать «Примулой» пару неудачливых остроухих носильщиков. Его нож вспорол живот первому гоблину: тому, что был ближе всего. Зеленокожий даже не успел понять, что происходит: он уронил свою ношу (тушу кролика) и согнулся с тихим стоном, пытаясь удержать выпадающие внутренности. Второй носильщик рядом попытался отскочить, но Сергей ловким движением обернулся и пнул его в колено, сломав его, а затем, прежде чем тот упал, ударил ножом по горлу. Всё произошло за считаные секунды.
Мой клинок также вступил в бой. Я оказался прямо перед одним из копейщиков. Огромный гоблин, с костяной броней на груди, смотрел на меня дикими глазами, полными ярости и замешательства. Он уже успел поднять свое копье, пытаясь принять оборонительную стойку. Над его головой мелькал наконечник длинного копья.
Я не дал ему времени. Мои ноги упруго оттолкнулись от земли, тело рванулось вперед. Копейщик попытался нанести укол, но я парировал древко копья своим лезвием, отбивая оружие в сторону, и тут же, используя инерцию, сделал шаг влево и рубанул по его незащищенной ноге. Сталь с глухим звуком рассекла кожу и мышцы, попав по кости. Гоблин завопил, захромал, пытаясь удержаться на ногах. Я не стал его добивать сразу, вокруг было еще много целей.
Толпа гоблинов пришла в движение. Носильщики, нагруженные ношами, бросали свои грузы: тушки кроликов, птиц, шест с энфилдом, что с грохотом упал на землю. Они пытались разбежаться, спрятаться за деревьями, или, наоборот, искали какое-то оружие — палки, камни. Два копейщика оставались самыми опасными: один сейчас со мной, раненый, второй рядом с шаманом, прикрывая его, пока тот пытался очухаться от удлара по голове.
И довольно быстро колдун пришел в себя. Он сбросил с головы разбитое украшение, и его взгляд, полный дикой ярости и, возможно, страха, устремился на нас. Маг что-то закричал, подняв свой посох. На конце посоха, в пустых глазницах черепа, вспыхнул тусклый зеленоватый свет.