И именно поэтому ей до ужаса страшно, что она никогда не сможет стать для него достаточно хорошей.

Теперь, став счастливой обладательницей солонки и перечницы в форме лимона и апельсина, Рамона отстегивает ремень безопасности, когда Ник объявляет, что они наконец добрались до домика.

В антикварной лавке она могла ненадолго представить, что они — обычная пара, приехавшая в отпуск. Опасная мысль, но ей так хотелось хоть на миг позволить себе это. Она потащила его к стеллажу с пластинками, с удовольствием наблюдая, как загораются его глаза, когда он заметил редкий винил Майлза Дэвиса.

— У меня и так уже полно Майлза, — сказал он. — И совсем не осталось места для новых пластинок.

Он поставил её обратно, а когда Рамона расплатилась за свои солонку и перечницу, соврала, что ей нужно в туалет. К машине она вернулась уже с пластинкой в руках.

После этого Ник переплёл их пальцы, положив руки на центральную консоль, и разжал их только тогда, когда обе руки понадобились ему для поворота.

Домик выглядел как очаровательное альпийское шале: треугольная крыша, широкая веранда, сосны, уходящие вершинами в небо. Снега пока не было, но воздух уже стал настолько холодным, что Рамона была уверена — скоро он выпадет. Солнце клонилось к закату. Через дорогу соседи ужинали у большого окна. Пожилая пара и два величественных самоеда. Ник помахал им рукой, и они помахали в ответ.

Затащив чемоданы внутрь, Ник первым делом поспешил разжечь камин.

— Мы приехали раньше всех? — спросила Рамона, оглядывая домик.

Высокие потолки с открытыми деревянными балками, массивная мебель в деревенском стиле, клетчатые пледы и декоративные подушки. В воздухе пахло кедром, а теперь, когда огонь разгорелся, ещё и древесным дымом.

Ник смущённо коснулся пальцем губ.

— Остальные приедут только завтра. Я подумал… сначала мы успеем немного освоиться. — он подошёл ближе, положил ладонь ей на бедро, и его голос оказался теплее самого камина. — Только мы вдвоём.

Она на мгновение закрыла глаза, представляя, каково это — каждый год возвращаться сюда с любящими родителями, а потом привозить сюда уже собственных детей, в место, где вырос ты сам.

— Этот домик давно принадлежит вашей семье?

— Родители вместе с тётей и дядей купили его несколько десятилетий назад. Почти всё время его сдают, а сами мы стараемся приезжать сюда всей семьёй несколько раз в год. В детстве это было моё самое любимое место. Теперь, когда родители вышли на пенсию, они проводят здесь гораздо больше времени.

— Твоя семья не подумает… даже не знаю. — Рамона закусила губу. — Наверное, вы с бывшей женой каждый год встречали здесь Рождество.