Мисс Уайлдер.

За семь лет преподавания он ни разу не обращался к студентам по фамилии. Но с Рамоной ему показалось, что назвать ее по имени будет слишком… фамильярно. Слишком рано. Как люди, которые говорят о любимых знаменитостях так, будто давно с ними дружат.

А может, он просто испугался того, как ее имя прозвучит у него на языке.

— Просто нервы первого дня, — отвечает Рамона, небрежно перебрасывая блестящие волосы через плечо. — Тревога заставляет людей совершать странные поступки.

Но ощущение, что они оба старательно обходят настоящую проблему, не отпускает его. Еще до начала занятия он думал, что, возможно, стоит поговорить с ней после пары, но перепалка с Тревором окончательно убедила его в этом.

Если воспользоваться выражением из любимых реалити-шоу его бывшей жены — тех самых, над которыми он сначала мысленно закатывал глаза, а потом втягивался не меньше нее, — ему просто хочется убедиться, что она пришла сюда по правильным причинам.

У Рамоны Уайлдер достаточно денег, чтобы купить несколько университетских корпусов и назвать их своим именем. Так что же она забыла на курсе «Поведение и мозг»? Неужели просто закрыла глаза и ткнула пальцем в список дисциплин?

Он кладет руки на стол и сцепляет пальцы.

— Послушайте. Можно я буду с вами откровенен?

— Пожалуйста.

— Этот курс, этот предмет — они очень много для меня значат. Несколько лет назад это был первый курс, который я разработал уже как преподаватель, — говорит он. — Я переживаю, что вы можете отвлекать остальных студентов. Тех, кто все годы старшей школы упорно учился, чтобы поступить в хороший университет. Тех, кто учится по стипендии и обязан получать определенные оценки. Тех, кто работает на нескольких работах, чтобы оплачивать обучение. Тех, кто относился к этому серьезно еще до того, как вообще сюда поступил.

— А вы не думаете, что я отношусь к этому серьезно.

Именно так он и думает. Даже без учета ее легкомысленного замечания насчет докторской степени.

— Тогда зачем вы здесь?

Она лишь моргает, глядя на него.

— Чтобы получить образование? Я думала, в этом и есть весь смысл.

— Не похоже, чтобы для исполнения ваших песен вам был нужен диплом.

Рамона вздрагивает, и он тут же жалеет о своих словах. Он не хотел прозвучать снисходительно. Одри обожает ее музыку, и уже одного этого ему достаточно, чтобы понимать ее ценность.

Ему хочется поверить, что она искренна, но, с другой стороны, сколько раз Дэниел Дэй-Льюис объявлял об уходе из кино? При ее уровне известности невозможно просто поступить в UCLA и ожидать, что это не вызовет ажиотажа.