Жидкость начинает капать.
Теперь можно заниматься раной.
Обрабатываю кожу. И мне все кажется, что я делаю все безумно медленно. Руки трясутся. Значит, надо еще медленнее.
— Посмотри, он в сознании? — говорю я.
— Нет.
Зажим. Медленно. Очень медленно.
Главное — не сделать хуже.
Чувствую, что касаюсь чего-то твердого.
Есть.
Пуля.
Сидит глубоко и очень неудобно.
— Свет. Выше. Еще.
Наконец, парень понимает, как держать лампу, чтобы мне было видно.
Поворачиваю инструмент. Только бы все получилось. И рука не дрогнула. Еще немного.
Есть!
Пуля выходит неожиданно легко и со звоном падает в металлический лоток.
Только сейчас позволяю себе выдохнуть.
Промываю рану. Еще раз. И еще.
Кровотечение становится меньше.
Накладываю внутренние швы там, где могу это сделать безопасно.
Потом наружные. Повязка. Самое сложное позади.
— Давление померь, — бессильно выдыхаю. Осталось немного.
Я наконец смотрю на своего пациента, а не на его рану. И замираю.
Нет. Этого не может быть.
Растрепанные седые волосы. Слишком знакомые черты… Правда, лицо грязное, в крови и поту…
Дэм.
У меня внутри словно что-то проваливается. Я даже не замечаю, как перестаю дышать.
— Господи… — почти беззвучно. Если бы знала раньше… не вытащила бы… хорошо, что не знала… мысли скачут с одного на другое, не могу никак сосредоточиться. Помощник смотрит на меня удивленно. Потом подходит ко мне и хватает за плечи. Держит сильно. А меня трясет от понимания, что произошло.
Нет. Только не он. Только не сейчас. Не так.
— Фло… что случилось-то? Плохо все?
Я мотаю головой — не то да, не то нет. И быстро касаюсь лба Дэма. Горячий. Температура. Проверяю пульс — слабый, едва прослушивается.
Он весь горит.
Черт.
Пневмония еще толком не прошла. Кровопотеря. Рана. Да, вроде ничего важного не задето…
Как его вообще сюда довезли живым…
Я беру фонендоскоп. Надо легкие послушать. Конечно, как я и думала. После болезни все еще далеко не идеально. А сейчас вообще любое осложнение может его убить.
— Фло? — голос моего помощника возвращает меня в реальность.
Заставляю себя ответить спокойно:
— Он остается здесь. Давление…
— Не положено.
— Здесь, — я смотрю прямо ему в глаза. — Он тяжелый. Без наблюдения нельзя. Если начнется кровотечение…
Парень мнется.
— У нас до тебя врач здесь никого не оставлял. Не больница ж… Мне надо спросить…
— Спрашивай. Только быстро. И учти: траспортировать его сейчас нельзя.
Я укрываю Дэма пледом, поправляю капельницу. И повязку проверяю. Кровотечение пока не возобновилось. Уже надежда.
А потом касаюсь его волос, приглаживаю непослушные пряди. Волосы у него мокрые от пота.