— Да, — сказал я.
— Смелый, — он усмехнулся. — Или глупый. Заходите.
Мы прошли внутрь. Домик был маленьким, но уютным — старые карты на стенах, оружие в закрытых шкафах, запах табака и пороха.
— Ты знаешь, кто за ним охотится? — спросил Лева.
— Знаю, — Жуан сел в кресло. — Чёрная птица. Символ старой группировки, которую Борис возглавлял. Теперь у них новый лидер. Его зовут Тимур. Был правой рукой Бориса. Умный, жестокий, без принципов. Он не пошёл на сделку со следствием — сбежал за день до ареста.
— Где он? — спросил я.
— В Европе. Точнее не скажу — он перемещается. Но я слышал, что он уже в Португалии.
— Значит, они близко.
— Очень близко, — Жуан кивнул. — У тебя есть оружие?
— Нет.
— Тогда держи, — он открыл шкаф и достал пистолет. — Надёжный. Не подведёт.
Я взял оружие. Оно было тяжёлым. Холодным.
— Я не убийца, — сказал я.
— Теперь придётся им стать, — Жуан посмотрел мне в глаза. — Или они убьют тебя. И твою девушку. Выбирай.
Я спрятал пистолет.
— Что ещё ты знаешь?
— У Тимура есть люди в полиции. И в португальской, и в российской. Он всегда на шаг впереди. Поэтому не доверяй копам. Только своим.
— А мы свои? — спросила Лика.
— Теперь да, — Жуан улыбнулся. — Лева когда-то спас мне жизнь. Я плачу долги.
Возвращение в Кашкайш
Мы вернулись в домик к вечеру. Елена уже уехала в Лиссабон — оттуда самолётом в Лондон. Марк встретит её в аэропорту и спрячет в безопасном месте.
Мы остались втроём — я, Лика и Лева.
— Что будем делать? — спросила Лика.
— Ждать, — сказал я.
— Ждать?
— Они придут к нам. Не нужно искать их самим. Они хотят меня. Значит, придут.
— А если они нападут не на нас, а на Елену?
— Марк её защитит, — Лева покачал головой. — У него есть связи. Охрана. Ей ничего не угрожает.
— А нам?
— Нам угрожает всё, — сказал я. — Но мы готовы.
Я проверил пистолет. Лева достал свой — старый «Макаров», который хранил со времён молодости. Лика села за ноутбук.
— Что ты делаешь? — спросил я.
— Ищу Тимура, — ответила она. — Если он в Португалии, я найду его. По камерам, по кредиткам, по телефону. Просто дайте мне время.
— Сколько?
— Ночь.
— Тогда работай, — я поцеловал её в макушку. — А мы с Левой будем охранять периметр.
***
Мы сидели в темноте. Я — у окна, Лева — у двери. Пистолеты наготове. Океан шумел, но в этом шуме мне теперь слышались шаги. Каждый звук казался угрозой.
— Страшно? — спросил Лева.
— Нет, — соврал я.
— Врёшь, — он усмехнулся. — Это нормально. Страх — это не слабость. Это значит, что тебе есть что терять.
Я промолчал.
— Я горжусь тобой, Мирон, — сказал он вдруг. — Ты не сбежал. Ты остался. Ты защищаешь своих. Это то, что делают мужчины.