— Ты и не будешь, — она взяла меня за руку. — Ты уже не такой.
Самолёт летел над Атлантикой, когда Лика проснулась. Солнце стояло в зените, и океан внизу был синим-синим, бесконечным, как надежда.
— Мы скоро? — спросила она.
— Через час, — ответил я.
— А что потом?
— Потом — новая жизнь, — я поцеловал её в лоб. — Без страха. Без бегства. Только ты и я.
— И Елена?
— И Елена.
— И Руслан?
— И Руслан, если захочет.
Она улыбнулась, прижалась ко мне.
— Я никогда не думала, что буду здесь, — сказала она. — В самолёте, над океаном, с человеком, которого люблю. Когда я сидела в своей комнате в общежитии и писала код, я мечтала о чём-то большом. Но не настолько.
— А ты жалеешь?
— Нет, — она посмотрела мне в глаза. — Ни капли.
Внизу показалась земля — зелёная, холмистая, с белыми точками домов и тонкими нитями дорог. Лиссабон встречал нас солнцем и ветром, пахнущим морем и цветами.
Самолёт пошёл на снижение. Я смотрел в иллюминатор и думал о том, что это не конец. Это только начало. Нового пути. Нового Мирона Воронова. Того, который не боится. Того, который умеет любить. Того, кто выбрал правду, а не выгоду. Выбрал жизнь, а не бегство. Выбрал её.
— Пристегните ремни, — сказал пилот. — Идём на посадку.
Самолёт коснулся земли мягко, как перышко. Мы вышли на лётное поле, щурясь от яркого солнца. Марк связался с кем-то по телефону, договорился о машине. Лева оглядывался по сторонам, привычно оценивая обстановку. Елена смотрела на горизонт, на море, на город, который станет нашим новым убежищем.
А я смотрел на Лику. Она стояла рядом, её волосы развевал ветер, и она улыбалась.
— Ну что, Мирон, — сказала она. — Готова начать новую жизнь?
Я взял её за руку.
— Готов, — ответил я. — Вместе.
И мы пошли вперёд — в город, который не знал нас, в будущее, которое мы выбрали сами. Без лжи. Без страха. Без прошлого, которое осталось там, в горах, в пещере, в записке на камне.
Впереди была новая жизнь. И мы были готовы её встретить.
Глава 32. Лиссабонский узел
Лиссабон встретил нас не солнцем и цветами, как обещало утро, а холодным, пронизывающим ветром с Атлантики и низкими тучами, которые ползли с океана, цепляясь за крыши домов, как клочья старой ваты. Марк поселил нас в небольшой гостинице в районе Алфама — лабиринте узких улочек, выложенных брусчаткой, где машины не проезжали, а звуки шагов гулко разносились между старыми стенами.
— Здесь безопасно, — сказал он, пока мы поднимались по крутой лестнице к нашим номерам. — Мои люди проверили. Никаких хвостов. Гостиница принадлежит знакомым. Никто не задаёт лишних вопросов.