Махмуд вырулил на шоссе, смешиваясь с потоком машин. Я перевел дыхание, посмотрел на Елену. Она сидела, прижимая к груди портфель, и улыбалась.
— Получилось, — прошептала она.
— Пока нет, — ответил я, глядя на дорогу. — Мы должны проверить, что там внутри. И решить, что делать дальше.
— Здесь все, — она похлопала по портфелю. — Отчеты о переводе средств, контракты, имена посредников, данные о счетах в офшорах. И главное — письмо моего брата. Вашего отца. Написанное перед смертью. С указанием, кто и за что его убил.
Я смотрел на портфель, в котором лежала судьба. Моя судьба. Судьба человека, которого я никогда не знал, но который сделал меня тем, кто я есть.
— Что будем делать с этим? — спросил я.
— У меня есть знакомый журналист в Лондоне, — сказала Елена. — Он работает с расследованиями. Если передать документы ему, они выйдут в течение недели. Борис Иванович не успеет ничего предпринять.
— А если он узнает раньше?
— Тогда он попытается нас найти. И уничтожить.
— Значит, нам нужно исчезнуть. Быстро. И надолго.
Я достал телефон. На экране висело сообщение от Руслана: «Я жив. Встретимся в точке Б. Береги себя, Воронов».
Я улыбнулся. Этот циничный вояка, который еще неделю назад хотел меня убить, теперь прикрывал мой отход.
— Куда теперь? — спросила Елена.
— В аэропорт, — ответил я. — У нас есть частный самолет Бориса Ивановича. Думаю, он нам больше пригодится, чем ему.
Махмуд засмеялся, нажимая на газ.
Через два часа мы были в воздухе. Самолет — тот самый, что привез нас в Дубай — теперь летел в сторону Стамбула. Елена спала, укрывшись пледом, не выпуская портфель из рук. Я сидел у иллюминатора, глядя на облака.
Внизу проплывала чужая земля. Впереди была неизвестность. А где-то там, за горизонтом, ждала Лика. И новая жизнь, в которой не будет места лжи, расчету и играм.
Я закрыл глаза. Впервые за много лет я не строил планов. Я просто летел. Туда, куда приведет судьба. И это было страшно. И это было правильно.
Глава 26. Стамбульский приют
Стамбул встретил нас серым рассветом и запахом кофе с кардамоном, который тянулся от уличных лотков еще до того, как шасси коснулись взлетной полосы. Частный терминал аэропорта имени Ататюрка был пуст в этот ранний час — только мы, сонные охранники и вездесущие чайки, кружившие над зданием в поисках добычи.
Елена шла по коридору быстрым, уверенным шагом, прижимая портфель к груди. Я тащил за нами сумку с вещами, украденными из номера в Дубае. В кармане лежал телефон Руслана — он настоял, чтобы я взял его, на случай, если связь прервется.
— Нас встретят, — сказала Елена, не оборачиваясь. — Старый друг. Ему можно доверять.