— Любишь меня? — прошептала она срывающимся голосом.
— Конечно, — автоматически ответил я, глядя в тёмное окно, где отражалась наша искажённая картина.
Остаток вечера я провёл, показывая ей на ноутбуке бессмысленные графики, которые она не понимала, но кивала, успокоенная самим фактом моего присутствия и «работы над общим будущим». Когда её отец вернулся, я отчитался о «прогрессе» сухими, деловыми фразами. Он кивал, его взгляд был непроницаем. Я чувствовал, что он мне не верит. Но пока что ему было выгодно делать вид, что верит.
Поздно ночью я уезжал. Алиса, уже в постели, сонно прошептала: «Не исчезай больше, пожалуйста».
На улице я сел в машину, но не завёл мотор. Дрожь, которую я сдерживал весь вечер, вырвалась наружу. Я ударил кулаком по рулю. Один раз, другой. Боль в костяшках была тупой и ясной. Чёткой, как код Лики.
Я включил телефон. Написал ей. Не думая.
«Ты спишь?»
Ответ пришёл почти мгновенно.
«Нет. Переменная «эмоция» вносит помехи в логику. Трудно.»
Я улыбнулся, и это было горько и сладко одновременно.
«Это не помеха. Это… новая версия прошивки.»
«Требует много ресурсов.»
«Стоит того.»
Я сидел в темноте, глядя на этот короткий, странный диалог. В нём было больше правды, чем во всех моих разговорах за последний год. И эта правда была как щель в броне. Через неё в мой железный мир проникал свет. И ветер. И боль.
Но сдаваться было нельзя. Слишком много было поставлено на кон. Слава, Завьялов, Полина, Марина, Вероника… Все они были шестерёнками в механизме, который я запустил. И если я остановлюсь, механизм раздавит меня первого.
Нужно было двигаться вперёд. Закрепить успех со Славой через Веронику и Полину. Утереть нос Завьялову каким-то осязаемым результатом. И как-то жить с тем, что в моей идеальной, расчётливой вселенной появилась новая планета — хрупкая, непредсказуемая и самая настоящая из всех. Планета по имени Лика. И гравитация от неё угрожала сместить все орбиты.
Я завёл машину и поехал в свою пустую однушку. По дороге мозг, уже на автомате, строил планы, просчитывал риски. Но в самом центре расчётов теперь зияла дыра. Чёрная дыра, которая притягивала все мысли. И имя ей было не страх, не жадность, не амбиция. А нечто куда более опасное. Нечто, против чего у меня не было протокола.
Глава 17. Точка отсчета
Неделя после возвращения с Мальдив превратилась в адскую гонку. Я метался между лабораторией (где Лика, избегая моего взгляда, молча колдовала над кодом), мастерской Артёма (где пришлось срочно организовывать фотосессию для Вероники), встречами с Полиной (которая требовала денег за «информационное сопровождение») и обязательными визитами к Алисе (которая с каждым разом становилась всё навязчивее, её ревность пульсировала в воздухе, как оголённый провод).