Она встала, прошлась к окну, обхватив себя за плечи.
— Папа… он осторожный. И у него свои схемы. Он меня в это не посвящает и не посвятит.
— А если ты сама создашь свою? Независимую? Небольшую, но эффективную. — Я подошел к ней сзади, положил руки ей на плечи. — У меня есть связи. Люди, которым интересно такое вложение. Небольшие суммы для начала. Мы можем начать с одного-двух художников. Просто попробовать. Если папа увидит, что у тебя получается, что это работает… он сам предложит ресурсы.
Она молчала, глядя на огни города. Я чувствовал напряжение в ее мышцах под моими пальцами. Она была на распутье. Соблазн власти, реальной, а не декоративной, был слишком велик.
— Какие связи? — спросила она, не оборачиваясь.
— Организаторы мероприятий, блогеры, люди из сферы развлечений. У них часто бывает кэш, который просится в красивые активы. Они придут к тебе не как к дочери Аркадия Львовича, а как к Марине — перспективному куратору.
Я не назвал Полину. Не сейчас. Но она была идеальным кандидатом: ее спонсоры часто платили налом за интеграции.
— А ты? — она наконец повернулась ко мне. Ее взгляд был жестким, взрослым. — Какую роль ты видишь для себя в этом? Кроме как посредника.
— Я — твой партнер, — сказал я без колебаний. — Я нахожу инвесторов, помогаю строить финансовую модель, просчитываю риски и доходность. А ты — творческая и публичная часть. Мы дополняем друг друга. 50/50.
Она снова задумалась. Потом медленно кивнула.
— Ладно. Но только теория. Пока. Я должна все обдумать. И… я хочу познакомиться с твоими «связями». Неофициально. Просто посмотреть, кто это.
— Конечно, — согласился я. Это было даже лучше. Знакомство Марины и Полины могло открыть новые возможности. И создать дополнительные точки контроля. — Я организую. Неформальную встречу. Через пару дней.
Она вздохнула, и напряжение спало. Она снова выглядела усталой.
— Я не думала, что в первый же вечер будем обсуждать такое…
— Прости, — я притянул ее к себе, обнял. — Просто я верю в тебя. И вижу огромный потенциал. Не только в искусстве, но в тебе.
Она прижалась ко мне, и я почувствовал, как она расслабляется. Мои слова были правдой. Я верил в ее потенциал. Как в ключ к новой, более высокой лиге. Лиге, где играли не на оценки и стипендии, а на настоящие деньги и влияние.
Пока она принимала душ, я стоял у того же окна. Город внизу казался теперь не просто скоплением огней, а картой возможностей. Каждая яркая точка — потенциальный инвестор, лояльный клиент, полезный контакт. А я стоял в центре, на вершине этой башни, и начинал плести новую, более сложную и прочную сеть. Не из девушек. Из схем. Из денег. Из соучастия.