Я сделал вид, что обдумываю. Потом поднял глаза, встретился взглядом сначала с ним, потом с Алисой.
— Гарантия? — я усмехнулся, но без веселья. — Игорь Сергеевич, лучшая гарантия — это успех. Если проект провалится, я потеряю всё. Репутацию, ваше доверие, будущее. Мне не нужны дополнительные стимулы, кроме этого. Что касается Алисы… — я сделал паузу, давая словам вес. — Она — часть моей жизни. Но она же — часть моей мотивации. Я хочу добиться успеха, в том числе, и для неё. Чтобы она могла гордиться. Я думаю, это лучшая гарантия наших… отношений. Их глубина.
Это была тонкая игра. Я не отрекался от Алисы — это взбесило бы её и оттолкнуло отца. Я ставил её на пьедестал мотивации, делая её соучастницей моего успеха. И в то же время давал понять отцу, что отношения — не помеха, а топливо.
Игорь Сергеевич смотрел на меня долго. Потом кивнул, один раз, резко.
— Хорошо. Я поговорю с комиссией. Вы получите доступ к лаборатории и наставника. Но — жёсткий график отчётов. Раз в две недели лично мне. И первая презентация — через месяц. Если к тому времени прогресс будет неудовлетворительным… поддержка прекратится. И Алисе, я думаю, будет чем заняться помимо… помощи в проектах.
Это был ультиматум. Месяц. И он привязывал Алису к моему успеху. Если я провалюсь — он отстранит её от меня. Для неё это был бы крах. Для меня — потеря ключевого актива и доступов.
— Согласен, — сказал я твёрдо. — Через месяц у вас будет работающий прототип.
Мы пожали руки. Его рукопожатие было сухим и сильным. Сделка была заключена.
После ухода отца в кабинет, Алиса осталась со мной в гостиной. Маска спала. Её лицо исказила смесь торжества и страха.
— Ты слышал? Ты должен сделать это, — прошептала она, хватая меня за руку. — Папа… он серьёзно. Если ты провалишься…
— Я не провалюсь, — перебил я её, высвобождая руку. Мне нужно было закрепить новый статус-кво. Не она давила на меня, а я вёл её к общей цели. — Но тебе нужно понять кое-что, Алиса. То, что было сегодня утром… этого больше не должно повториться. Никогда. Ты чуть не сорвала всё. Ты думала, я там развлекаюсь? Я работал. На наше будущее. Твоя ревность и твои слежки — это слабость. А мне нужен сильный партнёр. Ты хочешь им быть?
Она замерла, поражённая. Я говорил с ней не как с капризной девушкой, а как с неудачливым сотрудником.
— Я… я просто испугалась, — пробормотала она.
— Страх — это роскошь, которую мы не можем себе позволить, — сказал я холодно. — Доверие — вот что нужно. Я не спрашиваю, где ты бываешь и с кем. Ты доверяешь мне?
Она кивнула, быстро, глаза наполнились слезами.