Валерия посмотрела на меня так, будто я только что назвала её дурой.

— Ты смеешь мне перечить?

— Я вас очень уважаю, — соврала я без тени смущения. — И поэтому советую обратиться к тем, кто действительно может вам помочь. Например, к Моргане. Она заведует всей прислугой.

— Моргана, — Валерия презрительно фыркнула. — Эта старая карга? Она даже поклониться нормально не умеет.

— Она умеет делать так, чтобы в замке было чисто и уютно, — не сдавалась я. — В отличие от меня, которая только разбирает полотенца. Так что, простите, я занята.

Я демонстративно отвернулась и продолжила гладить. Сердце колотилось где-то в горле, но я держалась. Валерия ещё секунду сверлила меня взглядом, а потом развернулась и ушла, громко хлопнув дверью.

— Ты с ума сошла, — прошептала Лисса, вылезая из-за ширмы, где она пряталась всё это время. — Она же тебя уничтожит.

— Пусть попробует, — ответила я, хотя внутри всё тряслось от страха. — У неё нет никакой реальной власти. Только деньги и связи. А Клаус, кажется, её не жалует.

— А если он передумает?

— Тогда я уволюсь. Найду другой замок. Или построю шалаш в лесу. Но терпеть эту стерву я не намерена.

Лисса покачала головой, но промолчала. Наверное, решила, что спорить бесполезно.

Вечером, когда все претендентки собрались в большом зале на ужин, я стояла у стенки с подносом в руках и наблюдала за ними.

Брунхильда громко смеялась, запивая эль из огромной кружки. Элинор сидела с каменным лицом и почти ничего не ела. Миран метала острые взгляды на Валерию, которая, в свою очередь, не сводила глаз с Клауса. Авианна переговаривалась с соседкой по столу и то и дело хохотала, размахивая крыльями.

Клаус сидел во главе стола, холодный и неприступный. Он почти не ел, почти не пил, только изредка бросал короткие фразы в ответ на вопросы девушек. Валерия пыталась завладеть его вниманием — наклонялась, поправляла платье, смеялась слишком громко — но Клаус смотрел сквозь неё, как сквозь стекло.

А потом его взгляд упал на меня.

Я замерла. Он посмотрел прямо в глаза — на секунду, не больше. Но в этой секунде было что-то странное.

Я опустила глаза, чувствуя, как щёки заливаются румянцем.

— Что с тобой? — шёпотом спросила Лисса.

— Ничего, — ответила я. — Просто жарко.

— Жарко? В этом замке? Ты шутишь?

Я не ответила. Потому что поняла — я вру себе. Уже не первый день. Но признаться в этом было страшнее, чем любой отбор невест.

Ужин закончился далеко за полночь. Претендентки разбрелись по своим покоям, слуги — по кухням и чуланам. Я собирала остатки посуды, когда услышала за спиной тяжёлые шаги.