Я сделал ещё несколько шагов и остановился. Я слышал шум в конце коридора — звуки борьбы. Кто-то сражался там, в темноте. Я чувствовал, как внутри меня поднимается надежда — и страх.
Слышно было только эхо. И звуки борьбы, становившиеся всё ближе и ближе. Я почти добежал до конца прохода, когда увидел свет. И тени. И фигуры, которые метались в полумраке.
Мила
Я открыла глаза, чувствуя, как каменный пол впивается в колени, как холод проникает сквозь ткань платья, как голова раскалывается от удара, который я даже не помню. В горле саднило, и я с трудом сглотнула, чувствуя металлический привкус крови на языке.
Я попыталась пошевелиться, но руки были связаны за спиной — грубая верёвка впивалась в запястья, оставляя на коже жгучие следы. Я попыталась встать, но чья-то рука схватила меня за волосы и резко дёрнула вверх, заставляя поднять голову.
— Очнулась, наконец, — раздался голос, который я узнала бы из тысячи. Низкий, маслянистый, с той же интонацией, с которой он говорил со мной на отборе, когда предлагал взятку за отказ от Клауса.
Лорд Вальдемар.
Я заставила себя открыть глаза и встретиться с ним взглядом. Он стоял надо мной, его грузная фигура заслоняла единственный источник света — факел, горевший на стене. Его маленькие маслянистые глаза сверкали торжеством, а на губах играла та мерзкая улыбка.
— Ты думала, что я позволю тебе стать королевой? — прошипел он, и его пальцы сжались на моих волосах, заставляя вскрикнуть. — Ты — ничтожество. Служанка. Ты не заслуживаешь этого трона. Ты не заслуживаешь даже того, чтобы дышать одним воздухом с настоящими драконами.
Я попыталась вырваться, но он был сильнее. Его рука переместилась на мою шею, сжимая горло, и я почувствовала, как воздух начинает уходить из лёгких. Я захрипела, пытаясь сделать вдох, но он только сильнее сжал пальцы, и перед глазами начали плыть тёмные пятна.
— Ты — позор для нашего рода, — продолжал он, и его голос был тихим, почти ласковым, отчего становилось ещё страшнее. — Клаус должен был жениться на моей племяннице, на настоящей драконице. А вместо этого он выбрал тебя. Какой-то человеческий мусор, который даже вилку не умеет держать правильно.
Я чувствовала, как сознание начинает ускользать. Я пыталась бороться, дёргалась, но его хватка была мёртвой. В голове пронеслась одна мысль: «Клаус… Я не хочу уходить, не попрощавшись с ним».
Мои пальцы шарили по полу, ища хоть что-то, чем можно было бы ударить его — камень, осколок, хоть что-то. Но там было только пустота. Кинжал остался в зале? Я была безоружна.