В очередной раз поднимая правую ногу, он машинально глянул вниз и понял, что жуткие глаза пропали, а вместо них — обычные камушки. Замешкавшись, он едва не наступил на глиняную посудину, очертаниями напоминающую греческую амфору, и озадачился ещё сильнее, а спустя ещё минут пять ходьбы обнаружил, что ущелье — не совсем ущелье. Потрясённый своим открытием, Денис вертел головой во все стороны, словно сова, — это же обалдеть можно, между двух стен идут. Вон она, кладка, точно такие же блоки, как в Египте, ну, которые при строительстве пирамид использовались. А может, и не они, но по размерам уж очень похожи, в некоторых местах гладкие и блестят, а на некоторых блоках даже были видны рисунки. Исключительно в исследовательских целях он подошёл поближе к стене, надеясь рассмотреть хотя бы один рисуночек, но бдительная фея запорхала перед его лицом и мазнула крыльями прямо по его носу.

— А-а... Апчхи!!!

Аж слёзы из глаз брызнули от неожиданности. Денис тут же прижал ладони к лицу, защищая свой предательский нос. Афоня испуганно обернулся, а следом за ним и остальные, знаками показывая, что они думают про товарища, и где-то там, впереди, громче всех махал руками Добрыня. Но поделать уже ничего было нельзя. В полной тишине внезапный чих прогремел могучим раскатом грома, и их тут же услышали те, о ком предупреждал Падла.

— Кто здесь?

Голос был требовательный и женский. Казалось, он шёл отовсюду и вроде бы он был не громким, но от этого голоса пробила такая жуткая дрожь, что храбрые дети Выродка все как один разом затрепетали и стали оглядываться в поисках невидимого врага.

— О чём ты? Здесь никого нет. Впрочем, как и всегда, — с отчётливой зевотой прозвучал другой женский голос.

— Нет, что ты, я своими ушами слышала! — возразил первый голос.

— Успокойся. Наверное, опять Старуха во сне смердит. Вот тебе и померещилось. Она вечно ждёт момента, чтобы как следует бзднуть. Принюхайся. Чуешь, как пахнет бабочками... Хе-хе-хе.

— Это всего лишь феи, — с сомнением произнёс первый голос. — Пахнет феями... И мужским потом.

— Верно, пахнет. Только я никого не вижу. Эх, сейчас бы мужичка... Полакомились бы.

Денис вытаращил глаза на Афоню, а тот на него, после чего оба показали друг дружке молчать и не шевелиться. Точно так же сделали и остальные.

— Оберон это, — злобно прошипел третий голос. — Научитесь уже отличать короля от мужика-лапотника. Трындят и трындят, распутницы, нет чтобы о деле да о работе, а они всё о самцах... Дайте же отдохнуть, будь вы неладны.

Голоса затихли. Денис шустро переварил полученную информацию. Три голоса — очевидно, три женщины, и они явно не люди. Они разного возраста: говорившая первой моложе двух других, у неё голос выше и слишком тревожный; третья — совсем старуха, а та, что была второй, очень даже ничего, судя по голосу. Спелая красотка. О господи! О чём он сейчас подумал! Это точно некое зловредное колдовство. Нельзя думать. Они могут подслушать его мысли, и что там та, вторая, хотела сделать? Полакомиться? И ежу, тьфу ты, опять про Валеру вспомнил, будет понятно, что речь не про секс. Или про секс, но с неприятными последствиями для неосторожного мужичка. Самки пауков что делают с самцами? Правильно: ням-ням делают.