— Вон!!! — рявкнула лекарь, и я была с ней совершенно солидарна.
Едва за бестолковыми студентами закрылась дверь, мы с лекаршей остались вдвоем. Тихо постанывающий темный паладин не считается.
— Герой, — в сердцах бросила Скальон.
— Еще какой! — криво усмехнулся парень.
Я вздохнула и начала закатывать рукава:
— Почему мои осмотры оставили на вечер? Если тяжелых нужно смотреть с утра.
— Потому что тебе надо учиться, а мне иногда спать. Все тяжелые поступают ночью, а второго лекаря сюда найти не так-то просто, — закалывая волосы, ответила лекарша.
Я ожидала, что сейчас придется с ней биться за каждого пациента, предвкушая бурчание на тему «явилась вся такая светлая», но, кажется, лекарша была либо крайне разумна, либо крайне устала. Скорее второе, чем первое.
— Что тут? — спросила я, рассматривая серое лицо темного паладина.
— Рухнул на мост с высоты… ну, примерно с высоты стены, — охотно пояснил парень, широко мне улыбнувшись.
— Как так получилось? — удивилась я.
— Это интересная история, красотулька, присядь, я с удовольствием ее тебе расскажу, — он похлопал по кровати, на которой места присаживаться решительно не было.
— Хватит паясничать, Аларик, — одернула его Скальон. — Историю читала?
— Начала.
— У него перебит позвоночник, сломаны ребра, и наверняка внутреннее кровотечение.
— Чем лечили?
— Да чем тут полечишь, — помрачнела лекарша. — Ниже пояса не чувствует.
— Как же вы его тягаете? — ахнула я, представляя, как ворочать такую тушу, чтобы поменять судно.
— Да подружки его тягают, они ж магички. Левитацией туда-сюда.
От обсуждения этих малоприятных вещей с темного паладина спала вся напускная бодрость, и парень, прикрыв глаза и откинувшись на подушки, тихо попросил:
— Пообещай мне одно светлая.
— М?
— Если помочь нельзя, ты скажешь мне об этом прямо и честно.
— Легко, — согласилась я. — А теперь помолчи.
Я сдернула с парня одеяло, и темный паладин возмущенно засопел.
— Что?
— Ну ты же девица небось.
— И что? — не поняла я, пытаясь одернуть еще и тряпицу, скромно прикрывающую то самое ценное для любого мужчины место.
— И то! Куда ручонки тянешь?
— Я — целитель! — возмутилась я, слегка обалдев от такой реакции.
— Ты — девица, — отрезал парень.
— Да какая разница!
— Большая! Я — паладин, у меня кодекс!
— Ты же темный!
— Па-ла-дин!
— Темный!
— Ну-ка, цыц! — рявкнула Скальон, и мы оба умолкли. — Ты, — она повернулась к парню и прищурилась, — кончай паясничать! А ты, — тут уже я получила строгий взгляд и дли-и-и-инное молчание. — Работай.
Мы обменялись с паладином выразительными взглядами. Он имел вид крайне решительный, как будто я ему там чего отрезать собиралась.