— А как светлая появилась, так сразу стало плохо, да? — прищурилась я.
Радерг махнул рукой:
— Доедите — и к ректору. А вы! — декан выразительно посмотрел на Макса и Элайджу. — Еще расскажете мне и декану Кровавого факультета, почему дверь в комнату милых девушек стоит в коридоре, аккуратно прислоненная к стене.
Макс и Элайджа синхронно скривились, а я же тихонечко вздохнула.
— Переживаешь? — вполголоса спросил Валентайн.
Не то чтобы я переживала, но потребности делиться с ближними впечатлениями о поездке не испытывала.
— Нет, — покачала головой, — просто я не горю желанием торчать весь день в кабинете ректора, рассказывая, как мы продирались через кусты на ощупь.
— Тебе и не придется, — спокойно ответил Валентайн.
И мне действительно не пришлось. Валентайн говорил за двоих, я лишь поддакивала в нужных местах. Наше путешествие уложилось в двадцатиминутный монолог.
Выслушав нас, ректор задумчиво уставился в окно.
— Ты сможешь показать на карте, где расположен этот таинственный домик? — наконец спросил он у Валентайна.
— Смогу, — ответил он, склонив голову набок. — Но там ничего нет.
— Это уже другой вопрос, — уклончиво ответил ректор. — Что за гримуар ты оттуда принес?
Валентайн позвал:
— Лагрус.
На стол перед ректором плюхнулся злосчастная книжка. Она наверняка бы попыталась цапнуть уважаемого мага, но тот лениво щелкнул пальцами, и гримуар распластало по столешнице. Под рассеянным взглядом мага страницы начали быстро перелистываться, пока, в конце концов, мужчина не изрек многозначительное:
— Ясно.
И книжку смахнуло на одну из полок, плотно перетянутую толстыми цепями крест-накрест. Соседки нашего гримуара заволновались, напоминая курочек на насесте, но шелестение страниц быстро поутихло под строгим взглядом ректора.
— Вот видишь, все прошло быстро и легко, — сказал Валентайн, когда мы покинули ректорат. — Какие у тебя планы на день?
— Курсовая по философии, — скривилась я.
Парень медленно кивнул:
— Да, пожалуй, разумно. Сегодня стоит разобраться с учебой.
Валентайн проводил меня до комнаты, на прощание поцеловал кончики пальцев и умчался выяснять, что успел пропустить по учебе. А я очень задумчивая отправилась читать скучную философию, все еще ощущая прикосновение его губ к своей коже.
67
Вы когда-нибудь видели аристократов с молотком и гвоздями? Я теперь да! Элайджа и Максимиллиан чинили нашу многострадальную дверь, еще больше ее ломая. Анна стояла у них над душой и комментировала, что для темных магов они слишком белоручки и рукожопки, и вообще видели ли они реальную жизнь или только скакали по склепам и погостам. Парни от таких комментариев, естественно, еще больше нервничали и злились, попадали себе молотками по пальцам, орали, клятвенно обещали никогда в жизни не связываться с женщинами.