— Магия, — коротко ответил Валентайн.
— Надолго ты сможешь сдержать форму?
— Поздороваться успеем, — усмехнулся Валентайн.
— А вообще? — продолжала настаивать я.
Парень поколебался, но все же ответил:
— Не знаю. Последнее время выходит лучше. Идем, пока кто-нибудь еще не решил подзакусить хорошенькой целительницей.
Я вздрогнула и вцепилась в Валентайна крепче. А тот лишь самодовольно хмыкнул, сжав мою ладонь посильнее. Ну не гад? Хоть и не чешуйчатый!
Шаг, другой, и вот уже в белом молоке проступает тусклое свечение защитного круга. Туман, точно волны о скалы, бьется в магическую стену, тревожится, колышется, но не может пересечь черту. Я даже не заметила, как прижалась к спутнику, а тот напрягся, готовый бить и бежать.
— Не отпускай мою руку. Ни при каких условиях, — тихо попросил он.
Я кивнула, и Валентайн, глубоко вздохнув, шагнул к защитному кругу. Несколько быстрых прикосновений, точно игра на фортепьяно, и невидимая стена отзывалась замысловатыми рунами под его пальцами. Касание, другое, третье и…
— Хм.
— Что? — мрачно спросила я, наматывая подол отвратительно сырых юбок на кулак и готовясь бежать.
— Как будто бы никого нет.
— Хм. — это уже я.
Защитный круг может стоять и без своего хозяина внутри. Как долго — зависит от силы хозяина, конечно, но я мало что об этом знала, специфика не та.
— Как максимально долго может простоять такой круг без хозяина? — спросила я, нервно оглядываясь. Казалось, что рядом кто-то недовольно фырчит.
— Ну, есть теория, конечно, что такой круг может стоять годами, но… мне кажется, это из разряда сказок. Несколько часов, ну, может, сутки… — неуверенно закончил Валентайн.
— Но наверняка никто не знает, да? — резюмировала я.
— Все верно, — напряженно кивнул парень. — Идем?
— Угу, — кивнула я.
И мы, крепко держась за руки, пересекли защитный круг.
42
Круг недовольно кольнул меня своей темной магией и нехотя пропустил. Я как будто протиснулась сквозь очень плотный мыльный пузырь. Туман остался недовольно бурлить за спиной, а мы оказались на симпатичной и довольно просторной поляне, не очень хорошо просматриваемой в сумерках.
Защитный круг шел по контуру невысокого заборчика. Виднелись кусты малины в зарослях крапивника, смородины, одна яблонька. Собственно, это все, что можно было сказать о территории. Следы грядок почти сгладил бурьян, яблоки усыпали землю, и заборчик давно требовал краски и досок под замену. Журавль над колодцем усох, устал и покосился. А в центре круга стояло огромное дерево, не иначе как многовековой дуб, под ветвями которого притулился небольшой домик с негостеприимно распахнутой покосившейся входной дверью.