Зеленые глаза вспыхнули, и Патрик едва заметно побледнел. Как будто он только что узнал что-то еще про моего спутника. Что-то такое, чего не знала я.
54
Если кто-то думает, что ночной король живет вместе со своими подданными в трущобах, то он глубоко заблуждается.
Патрик жил в роскошном особняке в лучшем районе города. Его даже пару раз грабили для вида, так он усиленно изображал мирного жителя.
Внутри сиротский домик был так же великолепен, как и снаружи. Причем это было не кричащее богатство, что так свойственно нуворишам, а вполне себе сдержанная роскошь. То ли наемные сотрудники постарались, то ли действительно Патрик был из аристо. Тем не менее, когда идеально вышколенная прислуга провела нас в богатую обеденную залу, я ощутила отвратительную ассоциацию с отчим домом. Все такое пафосное и красивое, и я оставляю грязные следы на отполированном до зеркального блеска паркете, потому что опять бегала в деревню лечить крестьян.
Но спутника моего вообще ничего на свете не могло пронять: он плюхнулся в мягкий стул, обитый шелком, закинул ногу на ногу и осмотрелся:
— Недурственно, — резюмировал Валентайн.
Патрик поджал губы, но продолжал изображать радушного хозяина. Я вспомнила, что крайний раз была в этом доме при весьма неприятных обстоятельствах, и решила взять от ситуации по максимуму. А потому с видом таким, будто мы минимум на приеме у короля, опустилась на свой шелковый стул. А затем старательно, как лучшая ученица пансиона, разгладила складки платья.
Патрик скрипнул зубами, но промолчал и позвонил в колокольчик. К нам вошла девица с такими впечатляющими достоинствами, что даже я залюбовалась.
— Агнесс, ужин на троих.
— Да, мой господин, — грудным голосом отозвалась Агнесс, делая глубокий реверанс. Аргументация при этом так аргументировалась, что Валентайн присвистнул, когда Агнесс вышла.
— Нравится? — самодовольно спросил Патрик.
— Впечатляет, — согласился темный. — Это ж как ей неудобно, наверное!
Я хмыкнула, и это была моя стратегическая ошибка.
— Кстати! — оживился Валентайн. — А как вы познакомились?
Мы с Патриком невольно переглянулись.
— Довольно буднично, надо сказать… — начал ночной король.
— Ну поразите меня, — Валентайн переводил взгляд с Патрика на меня и обратно.
— Он попытался меня, хм, принудить к разврату, — ответила я с самой вежливой улыбкой.
— И в ответ она чуть меня не убила, — усмехнулся Патрик, потерев грудь в области сердца.
— А потом он оказался у меня на лекарском столе.
— И ей пришлось меня спасать.
— До сих пор жалею, — помрачнела я.
— Неправда, — покачал головой Патрик.