Я замерла, будто меня парализовало. Горела, словно ошпарили. А сердце разгонялось дробным пугающим ритмом. Кровь пульсировала в ушах, оглушая. Бежать или ждать? Я не могла решить, что лучше. Но если побегу, вальдорцы гарантированно поднимут тревогу. Спокойствие давало хоть какой-то шанс… или нет?
Ноги будто пристыли к камню, а огромная невидимая рука дергала и толкала, вынуждая действовать. Что делать? Есть ли вообще в моем положении правильное решение? Я покосилась на навигатор, чтобы точнее прикинуть расстояние до поворота в скрытый коридор, но с ужасом увидела, как изображение дрогнуло, зеленая кривая погасла — ходы Кольер меняли расположение. Кольеры все решили за меня.
Вновь голос за спиной:
— Куда ты идешь?
Я стиснула зубы, задрала голову так высоко, как могла. Медленно развернулась, стараясь выглядеть уверенной и невозмутимой. Почему я за всю свою жизнь не научилась толком врать?
Не лепетать… Не опускать глаза… Держать расслабленными руки.
Я с трудом разомкнула губы:
— Выполняю поручение своего господина.
Тот, что был шире в плечах, приблизился на шаг. Массивный и сероватый, как каменная глыба.
— По какому поручению? В какой сектор направляешься?
Я поджала губы:
— Я должна отчитаться перед тобой о делах своего высокородного господина? Ты в своем уме? Ваше дело — следить за рабами, а не выведывать тайны господ держателей.
Вальдорец колебался, это было заметно даже по его неказистому грубому лицу.
— Кто твой господин?
Я презрительно скривилась, выдержала паузу:
— Господин Кондор, разумеется. И не говори, что ты не узнал его мантию, подаренную мне, как милость. Я хочу, чтобы все ее видели. Отныне я не отношусь к тотусу Кольер, а принадлежу лично господину Кондору.
Я бросила быстрый взгляд на навигатор: сигнал стабилизировался, и ломаная зеленая линия вновь указывала путь к спасению. Я не позволю этим двоим уродам все испортить! Не позволю! Я буквально чувствовала, как вживаюсь в роль, будто видела себя со стороны. Мантия должна убедить вальдорцев — иначе и быть не может. Разве они могут допустить, что рабыня взяла ее без разрешения? И так нагло посмела надеть?
Вальдорец кивнул, вытянув губы:
— А ты изменилась… говорливая стала.
Я задрала подбородок еще выше, буквально раздуваясь от важности:
— Потому что теперь я не рядовая рабыня — я обрела влиятельного покровителя из господ держателей. — Я видела перед глазами Финею. Ее мечтательные горящие глаза, ее улыбку, когда она говорила о покровителе. Я старалась перенять ее жесты, ее интонации, ее взгляды. — И очень скоро я стану свободной и займу здесь соответственную своему положению должность. Не хуже этой сучки Пальмиры.