Меня окатило волной жара. Я принялась лихорадочно соображать, ощупала себя, проверила карманы кофты. Платье и туфли я сняла. Больше на мне ничего и не было, даже белья. Но тут же охнула и прикрыла рот рукой:
— Моя одежда. Она осталась в квартире. — Норма молчала, а я с ужасом посмотрела на нее: — А если ее там найдут? Как ты вернешься? Что тебе будет?
Она опустила голову и пожала плечами:
— Потом разберусь.
Я промолчала. Что я могла теперь сказать? Извиняться? Глупо и бессмысленно…
Вдруг Норма дернула меня вглубь ниши, сжалась. Я с ужасом увидела, как между домами в утренней дымке медленно скользит закрытый корвет с отключенными сигнальными огнями. Он проплывал неспешно, почти неслышно, как глубинное животное. На крыше что-то коротко и остро моргнуло белой вспышкой, и до нас донеслась очень низкая ощутимая вибрация воздуха и едва различимый писк. Эта вибрация будто заползала в корни волос, словно где-то на затылке, в самой шишке, запуталась и истерично билась муха. Норма вся напряглась, как зверек, почуявший опасность, схватила меня за руку и сжала изо всех сил.
Наконец, хвост корвета исчез из поля зрения, но до ниши доползла еще одна силовая волна. Слабая, но ощутимая. До нас не докатило. Сюда, в глубину, не добрались даже отголоски этой второй вибрации. Она тронула камни и впиталась, словно в сорбент, растаяла. Мы какое-то время стояли, вжавшись в самый темный угол ниши. Наконец, Норма опасливо выглянула и облегченно вздохнула:
— Ушли.
Я посмотрела на нее:
— Что это был за сигнал?
Она задумалась, неуверенно пожала плечами:
— Точно не знаю. Похоже на малодиапазонный излучатель, настроенный на какое-то определенное поле.
— Для чего?
Норма снова пожала плечами:
— Полагаю, чтобы что-то… находить… — Она схватила меня за руку, сжала пальцы: — Подумай еще раз: ты точно все сняла?
Я нервно выдернула руку:
— Да все! Ты сама видела, что было на мне. Платье да туфли! И навигатор. Все!
Норма кивнула, сдалась. Снова выглянула, осмотрелась:
— Нужно идти к ближайшему причалу, дожидаться рейса. Но на саму платформу не пойдем, еще слишком рано, будем, как на ладони. Нужно найти укромное место, но чтобы хватило времени добежать до «пассажирки». — Она задумчиво кивнула собственным размышлениям: — Да, так будет лучше. Сейчас главное — выбраться из этого предела. А там, пусть обшаривают, сколько влезет.
— А если они поймут, что мы пойдем на причал?
Норма закусила губу. Похоже, она не знала ответа, а мои вопросы попросту ставили в тупик.
Мы вышли из укрытия, какое-то время все еще передвигались по мостам и жались в нишах, но потом спустились на дорогу. Подкрадывалось утро. Небо лиловело, на улице появились первые редкие прохожие. И при виде каждого у меня обрывалось сердце, особенно если это был мужчина. Теперь я в каждом видела наемника и деревенела от страха.