Под босыми ступнями чувствовался мягкий шелковистый ворс. Я готова была поклясться, что это аассинский ковер. Мы никогда не могли себе их позволить — слишком дорого. Как и лаанские светильники. Говорят, дома высокородных были полны лаанского стекла и сиурского перламутра… Но под этими глупыми мыслями билась другая: кого я сейчас увижу? И что здесь делали остальные девушки?
Нас поставили полукругом в зыбких цветных отблесках. От движения света казалось, что твердь уходит из-под ног, и я еще крепче вцепилась в ручки проклятого подноса. Пальцы уже онемели, мышцы ломило. Я старалась оглядеться, но видела лишь мутные контуры. Мы неподвижно стояли, тягучая музыка заползала в уши.
— Значит, сегодня их десять… Решил уменьшить вероятность?
Голос за спиной раздался так неожиданно, что я вздрогнула всем телом. Проклятая ваза пошатнулась, все же я каким-то чудом смогла ее удержать. Стиснула зубы. Но одна из девушек слева не справилась. Я отчетливо услышала тяжелый звук падения подноса.
И капризный тон за спиной:
— Никакой выдержки… Я буду разочарован, если это окажется она. Это все испортит.
Короткая усмешка:
— Зато вернет тебе деньги. — Уже другой голос. Ниже, глуше. — Но можно выбрать и другую. В виде исключения.
— Это не по правилам.
— Правила всегда можно изменить. Так станет даже интереснее. Не хочешь — тогда первым буду выбирать я.
— Чтобы девственница снова досталась тебе? Не забывай — я намерен отыграться. И дело же не в деньгах, ты знаешь…
Я чувствовала, что стремительно покрываюсь холодным потом. О ком они говорят? Кого имеют в виду? Неужели меня? И судя по всему, их двое…
— Ну же! — тот, второй. — Выбирай другую, любую. Это твоя фора.
— А я приму твой щедрый жест. Если случайность не на моей стороне — то испытаю интуицию
Оба замолчали. Вновь повисла липкая тишина, заполненная дремотной музыкой. Я спиной чувствовала, что мужчины бесшумно прохаживаются за нашими спинами, рассматривают. Возможно, щупают. Я понимала, что они играют в какую-то омерзительную имперскую игру. И если первой девушке так повезло, то следующей, которая не удержит проклятый поднос, достанется за двоих. Я изо всех сил вцепилась в металлические ручки. Сама не знала, на что надеялась. Если бы знать, скольких девушек они могут выбрать по своим чудовищным правилам? Но… если девственница в этой игре — самая высокая ставка, то получается, что им нужна я. Этот кошмар не прекратится, пока они не выберут меня?
Я была предельно напряжена, даже не сразу поняла, что на мое плечо легла горячая ладонь. Я не шелохнулась, будто окаменела. Дыхание замерло, сердце остановилось. Едва не оборвалось, когда я услышала над самым ухом: