Я слышу в его интонации смех! Вот сволочь.
– Ты знаешь, о чем я.
– Да, – мурлычет он, прижимая меня к себе. – Ты ревнуешь.
– Пф.
– Отрицай сколько хочешь, но я ни словом не обмолвился о своем прошлом. Просто предложил вместе обсудить некоторые моменты. И вот, ты уже угрожаешь мне убийством.
Приходится признать, что он прав. Смущенно прячу лицо в изгибе его шеи. Когда он нежно целует меня в горло, шепчу ему:
– Извини.
– Не извиняйся. Я прекрасно понимаю твои чувства.
– Правда?
– Хочешь еще раз спросить меня про своего блондина-телохранителя и посмотреть, как я отреагирую?
Этот аргумент до определенной степени меня успокаивает. Я прижимаюсь к нему и закрываю глаза.
– Нет, спасибо. Но можем мы обсудить то, что случилось за ужином?
Мал осыпает теплыми поцелуями мою шею и ключицы.
– Случилось то, что ты надерзила королю Братвы и ему это понравилось.
– Ты уверен, что потом он не изменит своего мнения?
– Уверен. На этого человека двадцать лет никто не смел даже голоса повышать. Его твоя гневная маленькая речь очень развлекла.
– Но все-таки я не могу понять, почему он был так зол на тебя.
– Я тоже.
– Тебе запрещено похищать людей?
На это он только ухмыляется. Я воспринимаю это как нет.
– А о чем вы там говорили на русском?
– В основном о делах.
– Он рассказал тебе, как узнал про меня?
– Нет. Я спросил, не замешан ли в этом человек, к которому он послал меня, чтобы разузнать про Деклана. Но нет. Он сказал, что ему помог мертвец: его старый друг, который знает все обо всех.
–Мертвец? Он любитель посидеть над спиритической доской и поболтать с духами?
– Я тоже не понял. Но Пахан сказал, что хочет меня ему представить.
Его голос падает:
– Теперь, когда познакомился с тобой.
– Со мной? А какое я имею ко всему этому отношение?
– Не знаю.
– Это все очень странно.
– Да. Особенно то, что он велел мне взять отпуск.
Поднимаю голову и смотрю на него.
– Отпуск?
– Целый месяц, – подтверждает он, кивая.
– А раньше он тебя отпускал?
– Никогда.
– Тебя это не удивляет?
– Удивляет.
– И что ты собираешься делать?
Он улыбается.
– Возьму месяц отпуска.
Нутром ощущаю грозящую опасность, как будто стою на краю отвесной скалы и смотрю вниз. Пытаясь казаться беззаботной, я спрашиваю:
– И куда отправишься?
На его губах застывает снисходительная улыбка.
– О, кто пытается изображать невинность? Ты прекрасно знаешь, куда я поеду.
Он оставляет нежнейший поцелуй на моих губах.
– И с кем.
– Домой, – шепчу я, целуя его в ответ. – Со мной.
Мал нависает надо мной, запечатлевает на губах горячий, страстный поцелуй и обвивает мою шею пальцами.
– Да, с тобой, – говорит он хриплым голосом. – Моя болтливая маленькая пленница.