Еще нравится ощущать грудью ее затвердевшие соски. Хочу почувствовать их голой кожей, а не через рубашку. Присосаться к ним, искусать их, щипать их до тех пор, пока она не взмолится, чтобы я ее трахнул.
И я хочу ее трахнуть. Глубоко и крепко. Чтобы она царапала мне спину и кончала подо мной. Хочу, чтобы она до хрипоты кричала мое имя. Хочу…
ОНА ТВОЙ ВРАГ!
Резко отстраняюсь и гляжу на нее, пытаясь перевести дух. И очистить голову от раскаленных образов ее голого, стонущего подо мной тела, ее подскакивающих грудей, ее стройных ног, обвивающих мою талию, пока я засаживаю ей все глубже.
Ее глаза медленно раскрываются. Она смотрит на меня затуманенным, мягким взглядом и медленно моргает, будто понятия не имеет, где находится. Ее лицо зарумянилось. Губы увлажнились. Она шепчет мое имя. Шепчет так нежно, что мне хочется что-нибудь разбить.
Деклан О’Доннелл убил моего брата. Один член ее семьи убил моего. Я должен быть где угодно, но только не в этой комнате с этой женщиной.
Вязким голосом шепчу ей:
– Расскажешь кому-то, что я был здесь, и он умрет.
А потом поднимаюсь с постели и ухожу.
18
Райли
Не успевает пройти и секунды, как Малек исчезает, оставив меня в комнате одну.
Я одна, и я дико дрожу.
Сажусь в кровати и тянусь за очками на тумбочке. Надев их, с сомнением оглядываюсь в комнате. В ней ничего не успело измениться с тех пор, как я заснула. Только теперь здесь пахнет огромным, нечесаным мужиком и неснятым сексуальным напряжением.
Срываю очки, падаю лицом в подушку и кричу. Это не помогает. Я все еще его хочу. Киллера, который собирается убить Деклана. Козла, который угрожал убить меня.Его – убийцу, сталкера, проходящего-сквозь-глухие-стены сукиного сына, который прикасается ко мне так, будто кожа у меня стеклянная, и целует так, будто изнывает от голода.
Черт, раньше мне казалось, что в личной жизни творится полный бардак, но это какой-то совершенно новый уровень.
Переворачиваюсь на спину, снова напяливаю на нос очки и встаю с постели. С барабанящим сердцем открываю дверь и выглядываю в коридор. Тут тихо и темно. И абсолютно спокойно.
Господи, может, все так спокойно, потому что Паук и Киран уже мертвы?
Со сдавленным вскриком ужаса несусь по коридору в основную жилую часть. Здесь тоже темно, но коробочка кабельного телевидения рядом с экраном горит синим светом, показывая, куда идти. Я вбегаю на кухню и жму на выключатель, ожидая увидеть кровавые следы на полу или кусочки мозга, украшающие стены.
Не обнаружив ничего подобного, останавливаюсь, чтобы немного выдохнуть. Я облокачиваюсь на стойку и собираюсь с духом, чтобы осмотреть остальные спальни. Готовлю себя к встрече с жуткой расчлененкой, которую могу увидеть.