Его взгляд пронзительно вперяется в меня. Выглядит так, словно его голова может взорваться в любую секунду. Но вместо этого он сбегает с крыльца и исчезает за деревьями.
Я не вижу его до следующего утра.
30
Мал
Я бы никогда не похитил ее, если б знал, что от нее будет столько проблем. Эта сумасшедшая перевернула все с ног на голову. Вся моя жизнь пошла кувырком из-за этой мелкой бродяжки с острым языком и стальными яйцами. Она меня не боится. Даже считает своим другом. И благодарит меня за все, хотя должна убегать с криками ужаса. Совсем ничего не понимаю.
Наблюдаю за ее спящим силуэтом. Она свернулась на кровати, улегшись на бок и убрав под голову сложенные руки. И выглядит обманчиво ангельски. Но я знаю, что это уловка. За этим милым, невинным фасадом скрывается трехсоткилограммовая горилла с железной волей. Не считая моей тупоносой «беретты», не знаю ничего столь маленького и столь смертоносного одновременно.
Тихо выхожу из комнаты и прикрываю за собой дверь, противясь соблазну оставить ей записку и сказать, когда я вернусь.
Через три часа я уже в отеле «Ленин» в Москве. Наблюдаю за Пауком.
Он сидит, уставившись в свой стакан и обделяя вниманием грудастую женщину напротив, которая не сводит с него глаз. Несколько других женщин за столиками неподалеку тоже поглядывают на него, но он, кажется, не замечает никого из них.
Человек Деклана словно в забытьи. Крутит стакан виски, загипнотизированный движением жидкости внутри, полностью погруженный в свои мысли. Легко догадаться, что у него на уме. Вернее, кто. Наша бесовская бродяжка известна своим раздражающим умением удерживать внимание мужчин в заложниках.
Присаживаюсь на стул справа от него. Он смотрит на меня, на секунду теряется, а потом вскакивает на ноги и ощеривается.
– Спусти курок, и ты никогда не узнаешь, где она, – спокойно говорю я направленному мне в башку стволу.
Женщина слева от него визжит и чуть не падает с барного стула. Другие клиенты убегают вслед за ней. Остаемся только мы с Пауком и бармен, который наливает мне двойную порцию водки. Затем ставит ее передо мной и качает головой охранникам, только что прибежавшим в зал после поспешного исхода остальных гостей. Завидев меня, они тут же выходят за дверь.
Иногда приятно быть гангстером.
– Присядь, Паук.
Побагровев от ярости, он орет:
– Где она?
– В безопасном месте. Присядь.
За долю секунды ирландец решает, что лучше выстрелит мне в ногу, чем в голову. К его несчастью, угадываю его намерение быстрее, чем он успевает что-то сделать, вскакиваю на ноги и приставляю ствол к его подбородку. У него неплохие рефлексы. Он не роняет оружие, не отступает назад и не допускает других тактических ошибок. Лишь отвечает в том же духе и пихает пистолет мне под челюсть.