Она смущается.
– Я не могу тебе сказать.
– Понятно. Очень информативно, – отвечаю я безэмоционально.
– Прекрати быть такой занозой в заднице и скажи, что приедешь. Я тут стараюсь быть хорошей сестрой! Я хочу, чтобы мы сблизились. Я знаю, после маминой смерти было тяжко, и между нами никогда особо не было… Ну, ты знаешь…
– Дружбы. Это слово ты забыла, – ядовито ей подсказываю.
Она испускает тихий вздох.
– Ладно. Справедливо. Но я хочу это изменить. Пожалуйста, дай мне шанс.
Еще одно «пожалуйста». Я в полном недоумении снова откидываюсь на спину.
Кем бы ни был этот парень – ее жених, он, наверное, представляет собой нечто экстраординарное, раз смог самую безжалостную стерву в мире превратить в такую слюнтяйку.
И в ту же секунду я решаю, что мне надо с ним познакомиться. Могу поспорить, он кидает ей в утренний кофе валиум! Просто злой гений! Он добавляет ей ксанакс в вино!
Господи, почему я сама до этого не додумалась?
– Ладно, Слоан. Я буду. Увидимся в пятницу.
Она радостно взвизгивает. Я убираю трубку от уха и пялюсь на нее. Я не понимаю, что происходит, и у меня есть только одна идея: инопланетяне похитили мою сестру и заменили на безумную женушку-киборга.
Как минимум эта поездка будет интересной.
* * *
В пятницу вечером я сижу в VIP-зале терминала для частных джетов в международном аэропорту Сан-Франциско и оглядываюсь по сторонам. У меня глаза на лоб лезут, но я стараюсь особо этого не показывать.
Я уже встретила двух знаменитостей, выпила столько же приветственных коктейлей с водкой и апельсиновым соком в баре, угостилась предложенными мне улыбающейся хостесс блинами с черной икрой и сметаной и насладилась массажем в неимоверно огромном кожаном кресле, в которое уселась. Оно начинает вибрировать при одном нажатии кнопки. Еще одна водка с соком, и я начну сладострастно скакать на этой штуке.
У моей квартиры меня подобрал лимузин. Когда я вышла у отдельно стоящего здания для частных джетов, симпатичный молодой человек в форме тут же увел меня в VIP-зал. Никакого досмотра, никакой очереди на проверку службой безопасности, никакой снятой обуви. Мой багаж мгновенно забрали и зарегистрировали, и единственное, что мне пришлось сделать, – это назвать милой даме за стойкой свое имя.
Деньги меня никогда не впечатляли, но я начинаю думать, что мои прежние представления были ложны.
Симпатичный молодой человек возвращается и с ослепительной улыбкой сообщает, что мой самолет прибыл. Он показывает на сверкающий белый джет, который медленно останавливается посреди черной взлетной полосы.