Он посмеивается и покачивает головой.
– Ты так похожа на свою сестру.
– Скажи это еще раз и получишь по своему большому черепу.
– Он не большой! – перечит он с оскорбленным видом.
Я только смеюсь:
– Конечно, большой. Он такой же огромный, как и все остальное.
Паук глядит на меня, медленно приподнимая бровь. Мое лицо решает, что стоит налиться приятным оттенком томатно-красного.
– Я не это имела в виду.
– Нет? Значит, все остальное маленькое?
Он дразнит меня. Придурок. Время сменить тему.
– Как насчет библиотеки? Уверена, Деклан согласится с тем, что в библиотеке я в безопасности?
– Мы никуда не поедем.
–Отлично. Если ты мне не поможешь, я сбегу. Уверена, это не доставит тебеникаких неприятностей.
На самом деле это не всерьез. Просто разыгрываю драму, потому что что-то идет не по-моему. Я разворачиваюсь и ускакиваю с тарелкой куриных крылышек, найденных в холодильнике.
Через десять минут Паук стучится в мою дверь.
– Да?
– Ладно, подруга. Поехали, – зовет его голова в дверном проеме.
Сижу на полу со скрещенными ногами и радостно вскидываю голову.
– Правда?
– Ага, правда.
Я несколько секунд жую куриное крылышко и размышляю, а потом качаю головой.
– Это очень мило, но я просто шутила про побег. И я правда не хочу, чтобы у тебя были проблемы.
Он посмеивается.
– Не будет. Я получил разрешение на твою увеселительную поездку.
– От Деклана?
– Ага.
Его ухмылка настолько широкая, что грозит тут же ослепить:
– Если кто-то и знает не понаслышке, насколько женщины Келлер могут извести мужчину, когда у них что-то на уме, так это он.
Отставляя тарелку с крыльями, бормочу в ответ:
– Могу представить.
А потом подскакиваю и собираюсь в дорогу.
Через десять минут мы выезжаем из огромных железных ворот. У меня внезапно включается разговорчивый режим. На самом деле свобода легко развязывает язык.
– И как давно ты работаешь на Деклана?
– Давно.
– Это тяжелая работа?
– Зависит от того, что ты под этим подразумеваешь.
– Тебе приходится убивать людей?
Его косой взгляд подразумевает:«Конечно».
– О. Вау.
На минуту задумываюсь, насколько паршиво иметь такое в списке должностных обязанностей, но потом отпускаю эти мысли – тут уже ничего не поделать. Я не из тех, кто зацикливается на вещах, которые нельзя исправить.
– А ты хотел быть бандитом в детстве? Только без обтекаемых ответов. На этот раз я хочу чего-то определенного.
Ему еле удается сдержать смех.
– Обтекаемых?
– Это значит, непрямых.
– Я знаю, что это значит, подруга. Просто иногда поражаюсь твоему выбору слов.
– Да, я фанатка слов. Насмехайся вдоволь, – обиженно отвечаю я.