— А что дружина? — спросил Кулота. — Полки рассеяны, но…
Посланец покачал головой.
— Мы нашли несколько стоянок и следы битвы. Чародеи Капитула используют их тела, чтобы создавать своих чудовищ. Мало кто уцелел. Не так давно до нас добралось несколько дружинников, но они оказались околдованы, к счастью, это успели вовремя заметить.
— Как именно? Как заметили следы колдовства? — спросила Нарья, с тревогой глядя на посланника.
— Они не смогли войти в церковь и вынести слов молитвы.
— Нашла коса на камень, — не к месту хохотнула Мёртвая и, заметив недоумённые взгляды, пояснила: — Дарий рассказывал, что молитва — это просто иной способ аккумулирования магической энергии. Менее точный и мощный, но рабочий. Должно быть, молитвы нарушили магическую структуру заклятья, и магия проявилась.
Дружинники и даже Нарья посмотрели на неё с подозрением.
— Ла-а-адно, — протянула княжна, медленно поворачиваясь к гонцу, всё ещё следя взглядом за Мёртвой. — Где нам искать моего брата?
— Идите дальше по большаку. Подниметесь на гору, с неё станет видно мельницу, значит, вы на верном пути. Обойдёте деревню и увидите большое поместье. Вас ждут, а мне пора. Дороги сами себя не натопчут.
Последняя фраза показалась Мёртвой странной, но дружинники кивнули, пожали друг другу руки и разошлись.
Она никогда не видела деревни с этого ракурса, но сразу узнала. Узнала высокую мельницу с медленно вращающимися лопастями. Узнала ровный строй домов главной улицы, белоснежную церковь на окраине.
Поняв, куда они пришли, ноги остановились сами собой, и Мёртвая замерла посреди дороги как вкопанная.
— Что такое? — тут же повернулась к ней Нарья.
— Это моя деревня, — сухо, без эмоций произнесла она и, видя, что княжна не понимает, указала на каменную насыпь. — Шепчущий холм.
Нарья вздрогнула, когда её настигло осознание, и резко обернулась, глядя на деревню.
— Что-то не так? Твари? — хватаясь за эфес меча, спросил Всеволод.
— Я тут родилась…
— А, родная деревня! — обрадовался Кулота.
— Тут меня и убили, — шумно вздохнула Мёртвая и заставила себя сдвинуться с места.
— Тут живёт троюродный дядя князя, — пояснила Нарья, ступая рядом. — Хотя, если князь теперь Митрий, то троюродный дедушка.
В деревню они не пошли. Мёртвая провела их кружным путём, не желая ни смотреть, ни думать об этом месте. Ей было всё равно, стала ли деревня больше или пришла в упадок за два года её отсутствия. Как поживают местные, кто на ком женился, и каков был прошлый урожай. Она шла, отвернувшись к лесу, не желая даже краем зрения касаться деревни.