Нарья вновь закрывала её собой, пытаясь защитить от куда более сильного и могущественного создания. Паника и страх в голосе, смешанные с мольбой. Дёрнувшись, Нарья почти выпустила руку Мёртвой, когда та перехватила её и подставила плечо.
— Что происходит? — тихо спросила она, не сводя взгляда с фигуры в тени.
— Лес пытается прорасти в меня, — с трудом дыша, как бывает с людьми в лихорадке, отозвалась Нарья.
Загорелый лоб покрылся испариной.
Не до конца понимая, что это значит, Мёртвая наклонилась, перехватывая подругу поудобнее, и забросила на плечо. Ноги её с чавканьем вырвались из оков болота, а следом потянулись корни. Нарья повисла, лишившись чувств.
Вороний люд двинулся вперёд, щёлкая окровавленными клювами.
Никто не слышал голоса Удо, но все ощутили силу его приказа. Вороны остановились, по-звериному припадая к земле, готовясь напасть, едва их хозяин передумает.
— Здесь нет твоей власти, Жрица! — хрипло крикнула одна из ворон.
— Нет твоей власти!
— Нет власти!
— Нет власти!
Заголосили остальные.
— Она должна заплатить цену, — подкрадываясь ближе, продолжала та. — Отдай её нам.
— Отдай!
— Отдай!
— Наша!
— Наша!
Ощутив во рту привкус крови, Мёртвая зло посмотрела в ответ, но не на вороний люд, а на их повелителя. Тот замер за деревьями, безучастно наблюдая. Но Мёртвая чувствовала его взгляд так же отчётливо, как ощущала ледяную болотную воду под ногами.
— Нет.
Ветви зашуршали, хотя ветра не было. Вороны, взбив перья, запрыгали, щёлкая клювами и размахивая когтистыми лапами, но приблизиться не смели.
— У тебя здесь нет власти! — взвизгнула одна из них и бросилась вперёд.
Даже при всём своём желании Мёртвая не успела бы уклониться, увязшая по щиколотки в болотной жиже, с грузом на плечах. Ворона оказалась рядом, раскрывая клюв, и Мёртвая не придумала ничего лучше, как схватить её за склизкий язык.
Та дёрнулась, но клюв закрыть не успела. Жизнь потоком хлынула в тело, и ноша на плечах почти потеряла вес. Стиснув язык, Мёртвая оттолкнула иссохший труп вороны. Эта сила была странной, не похожей на ту, что она впитывала из людей, животных.
Тут же поднялся ветер. Вороны запрыгали на месте, вскидывая руки-крылья, истошно вопя, но не решаясь подступить ближе. Иссушенная ворона упала, перья осыпались, а несоразмерно огромный клюв свалился с лица, открывая вполне человеческую женщину.
Но тут исполин за деревьями пошевелился, и вороны затихли. Прижимаясь к земле, они попятились к деревьям и скрылись в густой тени. Не потревожив ни единой ветки, Удо вышел из-за деревьев.
У Мии душа, если таковая ещё оставалась в её теле, ушла в пятки.