— С каких пор нам не плевать? Насколько я помню, твои родственники никогда не питали к тебе привязанности. Так ради чего рисковать?
Мёртвая указала на коридор, ведущий в заднюю часть дома. Оттуда на задний двор и через калитку для слуг, прочь из этого места. Этим путём они ходили когда-то детстве. Когда-то давно в другой жизни.
Нарья казалась разбитой и… виноватой. Обессиленной.
— Я не могу уйти, — опустив голову, тихо выдохнула она. — Если Митрий умрёт, я стану княжной, а через меня Август станет князем. Если я уйду… если не буду знать, что всё это закончилось… я спать не смогу, зная, что он ищет меня просто, чтобы утвердиться в палатах.
Осторожно коснувшись её руки, Мёртвая сжала предплечье подруги.
— Ты слышала, что говорили про некроманта? Я почти уверена, что это Дарий. Если найдём его…
— И давно у нас Дарий умеет восставать из мёртвых? — без эмоций спросила Нарья. — Его убили у меня на глазах.
— Но я же восстаю?
Покачав головой, Нарья начала подниматься по лестнице.
— Боюсь, всю свою удачу я уже израсходовала. У меня больше нет сил на пустые надежды.
Не желая оставлять подругу в одиночестве, Мёртвая поднялась за ней следом. Помогла раздеться, распустить косы и, вычёсывая их, заметила кое-что странное. Маленький, сплетённый из волос и костей комок. Он выпал из платка, которым княжна подвязывала голову, спасаясь от солнца.
— Что это? — наклонившись, она взяла комок в руки, разглядывая торчащие из него веточки, напоминающие крохотные ручки-ножки.
Медленно, сонно обернувшись, Нарья уже открыла рот спросить, что там, когда внезапно взвилась на ноги, отскакивая в сторону.
— Где ты это взяла⁈
— Выпало из платка, — рассеянно отозвалась Мёртвая, дивясь перемене.
— Где моя одежда?
Княжна бросилась перебирать рубаху и сарафан и нашла на подоле последнего колючку с ещё одной куколкой.
— Митрий сказал, об этом есть кому позаботиться, — почти прорычала она.
Колдовские глаза вновь вспыхнули огнём. Набросив халат, она рванула прочь из комнаты, Мёртвая едва поспевала за ней. Княжна фурией слетела с лестницы на первый этаж. Ни следов сонливости или медлительности. Только чистейшая ярость, напугавшая всех, кто встречался на пути.
Князь с приближёнными всё ещё сидел в трапезной. Когда Нарья ворвалась в комнату, Мёртвая не успела её остановить. Не думала, что та подлетит к брату и залепит ему пощечину, да такую, что он на стуле перевернулся.
— Ведьмы! — в ярости закричала она, сотрясая мотком костей и волос, зажатым в кулаке. — Ты продал нас ведьмам!
Мужчины подскочили, но замерли, не зная, как поступить. Прежде чем кто-то успел коснуться бушующей княжны, Митрий поднял руку, веля отступить. Поднявшись, он потёр раскрасневшуюся щеку.