С криком ведьма дёрнулась, раздирая лицо и вырываясь. Оттолкнувшись от камня, Мия тут же скатилась с него, прячась за столом. Мёртвые ворвались на поляну. Началась свара, в которой ничего не разглядеть. Тут и там вспыхивали заклятья, ведьмы что-то кричали, а мёртвые давили их числом.
За спиной послышался смех. Холодея, Мия обернулась. Владычица не злилась, не кричала, не угрожала. Коснувшись разодранного лица, безумно улыбнулась и вытянула руку в сторону беглянки. Земля под ногами дрогнула, несколько корней вылезли, пытаясь добраться до ног Мии. Вскрикнув, она отшатнулась, но новый корень подхватил за ногу, и Мия рухнула к ногам Владычицы, руки упали на корни дуба.
Старый сухой дуб. Без листьев, без коры. Залитый кровью, что заменила ему воду. Он пульсировал, как и камень. Но в отличие от камня, был живым. Прижавшись к нему ладонями, Мия ощутила биение силы, чем немедленно воспользовалась.
Вцепилась в неё, словно голодный пес в мясо. Втянула в себя эту дикую, необузданную силу, чувствуя, как горят вены, как желудок сжимается, а во рту становится горько. По губам побежала кровь из носа, а взгляд затуманился, сузившись до лица ведьмы.
Золотисто-зелёные глаза Владычицы вспыхнули, в них отразилось чувство, что Мия жаждала увидеть с момента их встречи двенадцать лет назад.
Страх.
Белоснежное, фарфоровое лицо посерело. Вытянув быстро иссыхающие руки, она бросилась на Мию, но запнулась и рухнула на полпути.
С трудом оторвав от неё взгляд, Мия наблюдала, как ведьмы падали замертво, чувствовала, как их души кусачими муравьями забираются под кожу. Жалят и пытаются вырваться. Но, сцепив губы, она держала крепко.
Через жилы, что связывали Владычицу с каждой из ведьм, через корни, что питали лес и Владычицу, Мия пила саму жизнь.
Ползущая к ней Владычица вытянула руку, открыв рот, готовый извергать проклятья, когда кончики пальцев начали осыпаться. Кожа посерела, растрескалась. Глаза поблёкли, а волосы принялись осыпаться со стремительно лысеющей головы.
Досмотреть метаморфозу Мия не смогла. Подошедший Август наступил на голову Владычицы, раздавив, словно пустую крынку.
Стало тихо.
Мия не заметила, куда делись щупальца и в какой момент исчез разлом в небе. Сухие, мёртвые ели осветил золотистым светом рассвет. Мёртвые стояли неподвижно среди сухой пыли, что осталась от ведьм. Где-то за деревьями хныкал голодный ребёнок.
Противоестественно тихо.
— Ты отомстила, отпусти меня, — не мигая, уставился на неё горящими глазами принц.
От его гордого вида не осталось и следа. Ведьмы содрали кожу, оголив белый череп с пылающим в пустых глазницах огнём. Зубы уже заострились, начав трансформацию во что-то кошмарное, мало напоминающее человека. Подняв руку, Мия коснулась лба своего врага. Тот упал замертво. Душа ускользнула в небытие.