Пытался искать сестру магией, листок послушно указывал направление, но вёл в дремучие леса, где не то что на лошади не проехать, ногами не пройти. Дарий пытался войти в лес, но там листок начинал крутиться и тонуть. Леший не желал ему помогать.
Дух вновь дал о себе знать на третьи сутки.
Когда, не желая тратить время на сон, Дарий сел у костра и принялся медитировать, он ощутил чужое присутствие где-то на краю сознания. Трепещущую тень — всё, что осталось от духа. В Колдорце говорили о подобном. Подцепить ментального паразита проще, чем думают обыватели. Это бывают как мелкие, относительно безобидные, вроде застрявшей в голове мысли или песенки, так и более агрессивные, населяющие голову своего носителя идеями, требующими исполнения.
Дарий, хоть и не был профессионалом, но теорию и практические занятия защитил на отлично. Потому попытался привычно отсечь чужеродное, отделить от себя и импульсом уничтожить. Но едва он послал импульс, как сам дёрнулся от ослепительной вспышки боли и провалился в темноту.
— Эй, молодец! — склонившийся над ним мужик ухмыльнулся щербатой улыбкой. — Не спи на холодной земле, спину застудишь. Ты вообще как?
Моргнув, Дарий растерянно посмотрел в ответ, в первый момент не узнавая ни чёрных кафтанов Ловчих, ни зачарованных мечей на их поясах.
— Ты как себя чувствуешь? — над ним склонился второй ловчий с некогда чёрной, а ныне сильно поседевшей бородой.
Первый — рыжий и улыбчивый — помог Дарию сесть, дал воды.
— Какие нежные ныне выпускники пошли, ты глянь, — засмеялся рыжий. — Что это тебя так приложило до крови из ушей? А ты меня вообще слышишь?
Не сразу, но Дарий кивнул. Слышал он словно сквозь слой ваты, голова была тяжёлая, как бывает после очень долгого сна.
— Для полуденницы рано, для полуночницы ты уж больно живой, — перед ним присел второй. — Что тебя так приложило?
— Ментального паразита выжигал, — прохрипел Дарий.
— Балда, кто же занимается подобным без подстраховки?
Ловчие разбили лагерь, оттащили Дария к дереву. Потому что сам сидеть он не мог, то и дело заваливаясь набок. Разожгли костёр и подвесили котелок с водой.
Над головой резвилась стайка крохотных птах в ветвях старой берёзы, звонко перекрикиваясь. Ярко светило солнце на безоблачном небе. Лёгкий ветерок не позволял духоте разгуляться, касаясь лица прохладными пальцами.
— Раньше желторотики были поосторожнее, — поддел его рыжий, но Дарий слишком плохо себя чувствовал, чтобы ответить, а тот продолжал: — Заниматься таким в одиночку, это ж совсем без мозгов надо быть!
Седой толкнул его в плечо.