Убийца превратился в знакомый высушенный труп.
— А тут она, тварь эта, — с гордостью заявил сотник, и у Дария сердце едва не перестало биться. — Пока она из него силы сосала, я пронзил её мечом.
— Голову отрубил? — спросил Мороз, быстро подходя к телеге и откидывая полог.
Дарий сунулся вперёд, едва не столкнув Несладу в грязь, чем заработал болезненный тычок в плечо от Мишки. Телега оказалась пуста. От облегчения Дарий едва на землю не упал, пришлось схватиться за край телеги.
— Куда⁈ — уставился на дно телеги сотник.
— Голову, голову им рубить надо, — назидательно произнёс Мороз. — Медведь! Понюхай, может, сможешь взять след?
— Он же не собака! — возмутилась Неслада, но Мороз лишь отмахнулся.
— М-м-м-м, — хмуро прогудел великан.
— Пойдём по следу. Она, должно быть, обессилена. Добьём тварь, — приказал Мороз, и Дарию резко поплохело.
В глазах седого загорелся недобрый, воинственный огонёк охотника, взявшего след жертвы.
— Я дам вам ратников, быстрее прочешете лес, быстрее найдёте, — кивнул сотник.
— Я останусь здесь, — вдруг заявил Лытай. — Не обессудьте, но не хочу болтаться по лесам. Помогу раненым.
Сотник посмотрел на рыжего, как на грязь, но возмущаться не стал.
Лытай подошёл к Несладе и что-то прошептал на ухо. Та бросила резкий взгляд, от которого у Дария по спине побежали неприятные мурашки.
«Они знают, а если не знают, то догадываются. Нужно убить их прежде, чем они донесут об этом Морозу».
Лытай остался на заставе, остальные отправились прочёсывать лес. Дарий шёл недалеко от Неслады. Стоило просматривать лес, искать следы Мии (а Дарий уже не сомневался, что это именно она), но слова духа не шли из головы. Одно дело — обречённый ратник, что измывался над сестрой. Другое — Неслада, что ничего плохого ему не сделала.
«Это пока. Вернувшись в город, они доложат обо всём Капитулу, и тот тебя по головке не погладит».
«Не нагнетай, — оборвал его Дарий. — Никто не лишит меня магии и не осудит за лишний голос в голове. Не знаю, как у вас, у нас принято помогать ближнему своему».
Дух явно усмехнулся.
«Звучит, как заповедь. Но, мальчик мой, позволь открыть тебе секрет. Когда дело касается власти, денег и положения, а именно всё это даёт тебе магия, — само понятие дружбы перестаёт для тебя существовать. Я участвовал в двух магических войнах, которые случились именно из-за таких глупых идеалистов, как ты. Человек человеку — волк. Всякий, у кого есть власть, пользуется ею по своему усмотрению. Так же, как воспользовались своей властью ратники. Так же, как воспользовался ею отец Ждан. В их руках была сила, делать с бедной Мией, что им заблагорассудится. Если не хочешь, чтобы подобное повторилось, власть должна оказаться в твоих руках».