Он продемонстрировал. Шаг вперед, рука вытянулась, кончик рапиры замер точно на уровне груди воображаемого противника.
Дети ахнули.
— Дядя Женя, а вы в кино снимались?
Тренер усмехнулся.
— Нет. Я тренер сборной по фехтованию. Готовлю спортсменов.
Он повернулся к Никифору.
— Никифор Степанович, может, покажем детям бой?
Никифор улыбнулся.
— Давайте.
Они встали друг напротив друга. Тренер протянул Никифору вторую рапиру. Дети с опаской отступили к краю сцены.
— Раз, два, три!
Рапиры скрестились. Никифор атаковал, тренер отбивал. Движения быстрые, точные. Никифор наступал, тренер отступал, потом контратаковал. Рапира вожатого взметнулась, но тренер ушел в сторону, нанес легкий укол в грудь.
— Есть! — закричали дети и захлопали в ладоши.
Никифор отступил, рассмеялся.
— Дядя Женя, вы профессионал. Мне с вами не тягаться.
Тренер опустил рапиру.
— Вы хорошо двигаетесь. Учились?
— В детстве. Немного.
— Видно.
Тренер положил рапиру на стол, повернулся к залу. Увидел Туманского. Взгляд задержался на секунду. Потом скользнул дальше — на Валю, на Воронова.
— О, гости пожаловали, — сказал Никифор. — Евгений Михайлович, познакомьтесь. Это московская группа. Туманский Максим, следователь прокуратуры. Воронов Илья, оперуполномоченный. Грайва Валентина, эксперт-криминалист.
Тренер спустился со сцены, протянул руку Туманскому.
— Евгений Михайлович Зинчук. Тренер сборной области по фехтованию и по совместительству секретарь парткома. Приятно познакомиться, товарищ Туманский.
Максим пожал руку. Крепкое рукопожатие, сухая ладонь.
— Можно просто Максим, — поправил он.
Но в следующей фразе тренер снова:
— Товарищ Туманский, вы давно здесь?
— Второй день, — ответил он.
— Тяжелое дело. Дети пропали — это всегда тяжело.
— Вы часто бываете в лагере?
— Последнее время регулярно. Мы готовим спектакль. Репетиции три раза в неделю.
Тренер перевел взгляд на Валю. Задержал его. Секунда, две. Потом снова на Туманского.
— Надеюсь, дети найдутся. До премьеры.
Воронов стоял рядом с Валей. Туманский заметил, как он напрягся, когда тренер посмотрел на нее. Валя молчала, смотрела на тренера спокойно, но взгляд ее был настороженным.
Никифор хлопнул в ладоши.
— Дети, на сегодня хватит. Разбирайте реквизит. Завтра продолжим.
Дети зашумели, разбежались. Тренер взял свою сумку, закинул лямку на плечо.
— Мне пора. Завтра снова приду.
Он кивнул Туманскому, Воронову. Вале поклонился. Воронов проводил его взглядом. Лицо у опера было каменное.
— Что с тобой? — тихо спросила Валя.
— Ничего.
— Илья.
— Сказал же, ничего.
Туманский подошел к Никифору.