«Классика, — наверняка подумал заморский специалист, аккуратно перекусывая нить и вставляя в запал кусок стальной проволоки вместо чеки. — Русские предсказуемы».

Американец обезвредил ловушку, победно выдохнул и потянулся, чтобы снять гранату с дерева — отличный сувенир и доказательство того, что они взяли след.

Он не знал, что играет с гроссмейстером.

Арнольд Арчибальдович никогда не оставлял одиночных сюрпризов для коллег такого уровня. «Лимонка» была лишь наживкой, манящей сырной корочкой в мышеловке. Истинный шедевр скрывался внизу, под слоем прелой листвы и глины, на котором стоял рейнджер.

Там покоилась американская мина направленного действия M18A1 «Клеймор», снятая Смоляниновым с чужой линии обороны днем ранее. Аристократ развернул ее выпуклой стороной прямо на тропу, а вместо стандартного электродетонатора установил замыкатель разгрузочного действия, заботливо придавленный тяжелым камнем.

Леска, соединявшая гранату Ф-1 и этот камень, была натянута как струна. Когда американский сапер перерезал верхнюю, видимую нить и потянул гранату на себя, он нарушил хрупкий баланс всей конструкции. Натяжение ослабло. Камень чуть сместился, высвобождая подпружиненный контакт.

Смолянинов мысленно досчитал до трех и плотно зажал уши.

Щелчок механизма потонул в чудовищном грохоте.

«Клеймор» сработала безупречно. Семьсот стальных шариков, выплюнутых направленным взрывом, превратили участок тропы в филиал ада. Рейнджера, возившегося с гранатой, просто смело, словно тряпичную куклу. Двое бойцов, находившихся ближе всех к своему командиру, рухнули в грязь, изрешеченные стальной шрапнелью, даже не успев вскинуть оружие.

Лес мгновенно ожил. Оставшиеся в живых американские спецназовцы среагировали с феноменальной скоростью. Никаких криков, никакой паники. Они рассыпались веером, уходя с линии огня, и открыли плотный, подавляющий огонь из бесшумных пистолетов-пулеметов во все стороны, пытаясь зацепить засадную группу противника.

Пули с глухим чмоканьем впивались в стволы деревьев, срезали лианы и взбивали фонтанчики земли в метре от укрытия советского минера.

Арнольд Арчибальдович не шелохнулся. Открывать ответный огонь означало раскрыть позицию и вступить в бой с превосходящими силами элиты, что в его планы категорически не входило. Его задача была выполнена филигранно: первый ход в партии остался за псковской десантурой, моральный дух врага подорван, а главный специалист противника по минам вышел из игры.

Сапер дождался, пока американцы начнут перегруппировываться, чтобы забрать своих убитых и раненых, и, пользуясь дымным облаком от взрыва, бесшумно заскользил прочь. Аристократ уходил по заранее намеченному маршруту, ступая исключительно по твердым камням и толстым корням, не оставляя преследователям ни единого шанса взять след.