— Постой-ка… — Деймон округлил глаза и озадаченно поскреб нагрудный знак. — Корабли, даже торговые, годятся для переброски войск. Двести тридцать судов — этого хватит на десять батальонов! Мы сможем высадиться прямо в Землях Короны!
Тут и у Эрвина брови поползли на лоб:
— Идти на Фаунтерру морским путем?..
— Конечно! Мы же для этого и брали порты!
— Мы брали порты, чтобы погрузить войско в корабли и поплыть в Земли Короны?..
— Для чего же еще⁈
Кузены потрясенно глядели друг на друга. Полководцы хмурились, сбитые с толку.
— С чего вы это взяли? — спросил, наконец, Эрвин. — Я никогда не собирался идти морем! И никогда не говорил вам, что таков мой план.
— По правде, милорд, — хмуро заметил Блэкберри, — вы ничего не говорили о своих планах.
— И из моего молчания вы сделали вывод о морском походе? Тьма сожри, но это же страшная глупость! Мы — не моряки, а купеческие лохани — не военный флот. Нас встретят блестящие эскадры Адриана и потопят ко всем чертям!
Кузен Роберт ответил:
— Ты… эээ… как бы это сказать… поступил весьма странно, когда от Мудрой Реки пошел не к Лабелину, а к морю. А поскольку способа узнать твои сокровенные мысли у нас не было, — красноречивая пауза, — то мы и сделали выводы из самих твоих действий. На море — порты, в портах — корабли. Идем к морю — стало быть, за кораблями.
Эрвин ощутил закипающую злость.
— Мы захватили побережье потому, что наши деды и прадеды, и деды прадедов мечтали владеть этим побережьем! Пока войска путевцев стянуты к Лабелину, порты остались почти беззащитны. Ценою пары сотен солдат я взял то, чего два века добивались наши предки! Тьма сожри, даже тупоголовые купцы видят мудрость моего маневра, но мои собственные полководцы берутся критиковать!
Вот это ты очень хорошо сказал, — тихо ввернула тревога, — это их поставит на место.
Эрвин прикусил губу.
— Милорд, о критике речь не шла, — холодно сказал граф Лиллидей. — Мы с готовностью выполним любой ваш приказ. Однако мы были бы рады наперед узнать план кампании. Мы увидели бы в том знак вашего доверия.
Сам того не желая, Снежный Граф ударил ниже пояса. Дело не в доверии — дело в плане: Эрвин его не имел. Путеводная ниточка, которой он следовал, была слишком тонка и путана. Он чувствовал лишь направление и избегал тех путей, которые наверняка приведут к гибели. Но за каким поворотом дороги откроется шанс на победу — этого Эрвин пока не знал. И, что самое скверное, не имел права признаться в этом своим вассалам.
Он вздохнул, на миг зажмурился, чтобы восстановить равновесие.
— Милорды, огласить всю стратегию кампании я не могу, но не от недоверия, а лишь по той причине, что она будет видоизменяться сообразно действиям противника. Но скажу о плане ближайших действий: оставив в Солтауне гарнизон, мы выступим на запад и захватим город Дойл.