— Он ждал вас, — сказал Кравцов наконец.

— Да.

— Не Лапшин. Другой.

— Да.

— Это плохо.

— Очень.

— Но есть и хорошее.

Руднев повернулся.

— Что?

— Теперь знаем, что вы для него не просто случайный источник. Вы мешаете достаточно сильно, чтобы на вас ставили отдельное наблюдение.

— Утешение в вашем стиле.

— Другого всё равно нет.

Кравцов помолчал, потом добавил:

— И ещё. Макаров не агент. Не идейный. Не немец. Обычная мелкая дрянь. Ему дали деньги, он смотрел. Это тоже важно.

— Почему?

— Потому что раньше я всё думал: если Счетовод есть, у него должна быть сеть. Большая, настоящая, с радистами, паролями, связными. А теперь вижу: ему не обязательно иметь сеть в красивом смысле. Один Жданов боится за карьеру. Один Макаров берёт деньги. Один курьер не задаёт вопросов. Один следователь любит закрывать дела быстро. Один чиновник исправляет формулировку. Один начальник подписывает. Каждый делает маленькое своё. А итог получается общий.

— Именно, — сказал Руднев. — Он считает не верность. Он считает слабости.

Кравцов кивнул и снова отвернулся к окну.

В центре их уже ждали первые ответы по Дубровке. Три состава действительно должны были пройти через узел в пределах одной ночи. Один вёз оборудование для оборонного предприятия. Второй — специалистов и документацию конструкторской группы. Третий — военный груз, содержание которого Рудневу не раскрыли, но по лицу Ратникова он понял: достаточно важный. Первоначально графики были разведены. Схождение возникло после нескольких мелких правок в течение двух суток. Один состав задержали «до уточнения» на предыдущем участке. Другому ускорили прохождение после освобождения платформ. Третий перенаправили через Дубровку из-за якобы временного ограничения соседней ветки. Каждое изменение само по себе выглядело разумным. Вместе они собирали три уязвимые линии в одном месте.

— Наклон, — сказал Руднев.

Ратников положил перед ним справки.

— Да. Но пока неизвестно, умышленный ли.

— После карты Лапшина вероятность выше.

— Карта могла быть оставлена для нас.

— Тогда проверочное действие должно быть полезно даже при приманке. Развести приём. Не собирать составы одновременно. Проверить охрану складов, стрелки, связь, подъездные пути. Не останавливать всё в одном месте. Если соседняя ветка действительно ограничена, снять часть груза на предыдущем узле или пропустить составы с разрывом. И проверить не только Дубровку, но и соседние станции. Каменный уже показал: яркая цель может закрывать тихую.

Ратников кивнул.

— Так и сделаем. Без объявления причины. Через техническую корректировку графика. Параллельно — усиление наружного контроля по соседним складам и узлам. Отдельно проверить источник ограничения соседней ветки.