— Постройку вели в две очереди, товарищ генерал-лейтенант, сосредоточив все усилия именно на первой, предназначенной для прикрытия самых важных для обороны участков. Да и зимой работы не прекращались — соорудили блиндажи и дзоты, которые стали жильем для строителей — возится с землянками, бесполезными для нужд долговременной обороны, а тем более ставить палатки, категорически запретил командарм Кузнецов. Потому и успели с постройкой полевых укреплений, вот только колючей проволоки на складах уже нет. А вооружение частью передали с других направлений, где строительство идет с запозданием от графиков.
Комендант Гродненского укрепрайона полковник Петров был польщен похвалой маститого фортификатора, хотя постарался не показать этого. Да и сам прекрасно понимал, что оценка заслуженная — над возведением укреплений денно и нощно трудились девять строительных батальонов УНС-71 полковника Голубева, 23-й инженерный полк в полном составе, шесть выдернутых из «внутренних» стрелковых дивизий саперных батальонов — не менее пятнадцати тысяч «привлеченных». Появлялись и «горожане» — жителей Гродно тоже привлекли для работ, как и многие городские предприятия. получившие заказы для изготовления нужного инвентаря и оборудования.
Если к военным строителям добавить личный состав всех трех дивизий 4-го стрелкового корпуса, которые растянулись вдоль укреплений, то набирается все пятьдесят тысяч бойцов и командиров. Потому за главной полосой обороны собственно укрепрайона, силами круглосуточно работающей пехоты старательно возведены еще тыловые позиции полевого типа, на южном берегу заболоченной речушки Волкушанки, представлявшей серьезное препятствие для прохода вражеской бронетехники и автотранспорта.
Состав самого 68-го укрепрайона стараниями командующего армией укомплектован практически по штатам с небольшим некомплектом — все девять артиллерийско-пулеметных батальона уже заняли позиции, засев в дотах и дзотах. Полевые трехдюймовые пушки двух артиллерийских дивизионов уже установлены в отрытых для новых ДФС котлованов. Их специально приспособили для обороны, ведь своего рода капониры — для укрепления обороны использовалось все, что только возможно. И горе нерадивым — генерал Кузнецов чуть ли не каждый день за эти долгие месяцы объезжал участки, всячески торопя строителей. Постоянно помогал, благо возможности для этого у командарма имелись немалые, и вопросы решал с присущей ему энергичностью. А так бы и остались с 9-м и 10-м артиллерийско-пулеметными батальонами, которые изначально передавались из Полоцкого укрепрайона, но еще осенью прошлого года за счет дивизий 4-го корпуса были сформированы 43-й, 45-й и 70-й батальоны трех ротного состава. А этой весной оставшиеся стрелковые дивизии армии по разнарядке отправили укомплектованные из их состава 83-й, 85-й, 91-й и 94-й батальоны, в то время как в других укрепрайонах только приступили к их формированию. Командарм Кузнецов в свою очередь направил всех прибывших на учебные сборы запасных и призванных на действительную службу не в части УРа, где от них не было ни малейшей пользы, а прямо по стрелковым полкам, распределив по батальонам. Оба артиллерийских дивизиона, 513-й и 516-й. укомплектовали тоже отнюдь не новобранцами, благо армия получила благодаря призыву на БУС больше тридцати тысяч прибывших из запаса красноармейцев, которые уже «вписались» в подзабытый многими военный уклад жизни.