Кошка принялась мяукать всё громче и громче, пока Эмма не выдержала. Она вскочила на ноги, кипя от возмущения, резко развернулась и обошла статую, огибая заросли папоротника и дикой гортензии.
– Говорю же, я не хочу…
Эмма осеклась.
Земля за статуей резко обрывалась. Она очутилась на вершине горы! А в паре сотен футов под ней лежала широкая долина.
Этот пейзаж разительно отличался от мрачного заросшего Гайд-парка. Зелёные тополя и снежно-голубое озеро с водопадом радовали взгляд, но больше всего девочку поразил каменный город посреди каньона. Шпили и башни уходили высоко в безоблачное небо, а над ними мерцали шары синего пламени, бросая цветные блики на крыши и мезонины.
Эмма смотрела на тайное поселение в горах, освещённое огнём цвета моря, и не могла поверить своим глазам. Она ведь только что стояла у памятника в Гайд-парке. И уж точно сразу заметила бы крутой склон и целый город вдали. Выходит, этот каньон появился внезапно.
Тут она до конца осознала, что произошло и что всё это значит. Её предположение оказалось верным. Да, ещё секунду назад перед ней не было каньона.
Каким-то образом ей удалось перейти на ту сторону. Она покинула Междумирье.
И попала в Город ведьм.
Теперь ясно, почему Элиза выглядела очарованной и восхищённой, прежде чем испариться. Она увидела этот город вдали! Должно быть, у Эммы сейчас было точно такое же выражение лица, когда она любовалась этими величественными зданиями. Девочка вдохнула свежий воздух полной грудью и шагнула вперёд.
Город был ещё достаточно далеко, и её так и подмывало броситься к нему со всех ног. Она боялась даже на секунду отвести от него взгляд. Мало ли, он тоже возьмёт и испарится?
Совсем не так Эмма представляла себе этот момент. Думала, они попадут сюда все вместе: с Мэдди, Элизой и Эдгаром. Однако она взяла себя в руки и пошла вперёд, осторожно спускаясь по горному склону. По пути ей встречались земляничные деревья и тополя с яркими, молодыми стволами. Лунный свет просачивался через их узкие ветви и трепетавшие на лёгком ветру листья. Эмме даже хотелось задержаться, чтобы полюбоваться этой горной рощей, совсем не похожей на густую чащу в Гайд-парке, но она держалась своей дороги, обходя заросли папоротника и ароматные, красочные цветы. Её обдувал приятный, тёплый ночной ветер и ласково трепал волосы. Вскоре девочка сняла пальто и сунула его под мышку.
Так странно – всего за несколько часов она побывала и в зиме, и в осени, и в весне. Эмма начинала подозревать, что на самом деле у статуи исчез не Эдгар – а она сама. Перешла на другую сторону, в точности как предположила тогда, в чайной.