— Ищу свой дом.
У меня предательски защипало глаза.
— Дом, значит?
— Да.
— С цветами, украденными по дороге?
Он посмотрел на букет.
— Завоёванными. Они из моего мира.
Я рассмеялась.
Потом я подошла ближе, взяла его за руку и повела к дому. У самого крыльца толкнула плечом старую дверь.
— Тогда заходи.
За моей спиной скрипнули знакомые петли, и впервые этот звук означал не прошлое, а будущее.
БОНУСНЫЙ ЭПИЛОГ РОЖДЕСТВО СПУСТЯ ВОСЕМЬ ЛЕТ АЛИСА
Я всегда подозревала, что у судьбы отличное чувство юмора.
Иначе как объяснить то, что девушка, которая когда-то мечтала спокойно доучиться, сдать экзамены и никогда больше не сталкиваться ни с чем страннее новогодних скидок, в итоге встречала Рождество в собственном доме у подножия горы, рядом с мостом между мирами, замужем за драконом и воспитывая двух дочерей-близняшек, в которых почему-то решили проснуться сразу все шесть даров Хранителей.
Огонь слушался их смеха.
Ветер являлся на зов.
Вода капризничала вместе с ними.
Земля отзывалась под босыми пятками.
Свет вспыхивал, когда они радовались.
Тень пряталась по углам, если девочки задумывали шалость.
И, к несчастью для нас с Вернардом, всё это происходило одновременно.
— Это не мы! — донеслось из кухни.
Я медленно закрыла глаза.
— Я ещё даже ничего не спросила.
— Вот именно, — обиженно откликнулась Лира. — Несправедливо обвинять заранее.
— Тем более мы почти всё исправили, — добавила Мира.
Слово почти в устах моих детей давно стало официальным предупреждением о бедствии.
Я вошла в кухню и остановилась на пороге.
Посреди комнаты кружился снег.
Мягкий, пушистый, искристый снег падал с потолка прямо в миску с тестом, на стол, на пол и на Искра, который сидел у печи с видом существа, пережившего войны, богинь и теперь вынужденного терпеть детей.
На подоконнике горел маленький огонь, согревая яблоки для пирога.
Занавески колыхались от ветра, которого в доме быть не должно.
Из кувшина сама собой переливалась вода в кружки.
Под потолком лениво вращались золотые искры.
— Я даже боюсь спрашивать, — сказала я.
— Мы хотели сделать праздничную атмосферу, — гордо сообщила Мира.
— И немного помогли природе, — серьёзно кивнула Лира.
— В доме?
— Зато уютно.
Я посмотрела на Искра.
— И ты ничего не сделал?
Он выразительно фыркнул и отвернулся с достоинством того, кто давно понял бессмысленность сопротивления.
Я рассмеялась.
Когда-то мне казалось, что счастье должно выглядеть торжественно.
Оказалось, оно выглядит как кухня в снегу, дети в муке по локоть и магический страж, смирившийся со своей судьбой.
Дверь распахнулась, впуская морозный воздух.