Она дрожала всем телом.
И в этот момент что-то во мне сорвалось куда сильнее, чем в бою.
Тяжёлое напряжение, державшее меня с первой секунды вторжения, вдруг треснуло, осыпаясь внутрь оглушающим облегчением.
Она здесь. Со мной.
И это было лучшей наградой за эту ночь.
Я медленно опустил руки ей на спину — сначала почти неверяще, будто сам боялся, что это наваждение, порождённое усталостью и болью. А потом притянул её к себе уже по-настоящему.
Крепко.
Так, словно между нами и всем остальным миром можно было поставить одну-единственную преграду — мои руки.
Она была тёплой.
Живой.
Настоящей.
И только теперь я окончательно понял, насколько близко этой ночью подошёл к тому, чтобы потерять связь с ней.
— Алиса… — её имя сорвалось с губ хрипло, почти надломленно.
Я зарылся пальцами в её волосы, прижал её ещё ближе, чувствуя, как бешено колотится её сердце.
И как в ответ на него тяжело, неровно бьётся моё.
Она ничего не сказала сразу.
Лишь сильнее сжала ткань моей рубашки, словно ей было мало просто видеть меня — нужно было убедиться наощупь, что я действительно здесь. Что это не обман. Не иллюзия. Не запоздалое чудо после ужаса.
Я прикрыл глаза.
Всего на миг.
Позволяя себе эту слабость.
Позволяя себе просто стоять, обнимая её посреди ещё не остывшего после битвы двора, среди своих людей, крови, копоти и чужих взглядов.
И впервые за всю ночь мне стало всё равно, кто на нас смотрит.
Потому что в моих руках была моя жизнь.
— Я здесь, — тихо произнёс я, склонившись к её виску. — Всё закончилось.
Но, едва сказав это, понял: для неё — нет.
Её дрожь не утихала. Страх всё ещё жил в ней, бился под кожей, прятался в каждом сбившемся вдохе.
Я чуть отстранил её от себя, лишь настолько, чтобы увидеть лицо.
И в груди что-то болезненно сжалось.
В её глазах ещё стоял пережитый ужас.
След того мгновения, когда она думала, что я падаю навстречу смерти.
Я провёл ладонью по её щеке, стирая не то слезу, не то влажный след от сбившегося дыхания, и тихо, почти шёпотом, произнёс:
— Маленькая моя… ты так испугалась за меня?
Она ничего не ответила — только сильнее прижалась ко мне, будто этих слов было достаточно, чтобы всё стало реальным.
Я снова обнял её крепче и поднял взгляд поверх её плеча.
Двор постепенно наполнялся голосами, шагами, глухими командами. Драконы один за другим возвращались в человеческую форму, Стражи скользили между ними, а вместе с этим поднимался тяжёлый запах крови, пепла и магии.
ГЛАВА 41 ВЕРНАРД
Оставив Алису в её комнате, я задержался у двери всего на мгновение.
Ладони всё ещё хранили тепло её кожи. На губах жила сладость недавнего поцелуя, а в памяти слишком ярко стояло то, как она дрожала в моих руках, будто только рядом со мной наконец позволила себе выдохнуть.