— Полёт безопаснее, Лиса.Я говорил тебе об этом.
Она вскинула брови.
— Для кого именно? Для тебя, который родился с крыльями?
— Для тебя тоже. Я не дам тебе упасть.
На мгновение она затихла.
В её глазах мелькнуло что-то мягкое, почти беззащитное, но исчезло так быстро, что любой другой мог бы этого не заметить.
— Значит, мы всё же полетим. Прекрасно, сегодня меня ждёт ещё один жизненный опыт, о котором нельзя будет рассказать психотерапевту.
— Кто это? — нахмурился я.
— Человек, которому потом пришлось бы объяснять, почему я летала на драконе в горы открывать древние врата.
Она обречённо посмотрела на небо. Потом снова на меня.
— Если я закричу в процессе, сделай вид, что это песня моего народа.
Я едва заметно усмехнулся, но ответить не успел. Внизу уже нарастало движение: звучали голоса, перекликались воины, скрипели ремни упряжи, а воздух постепенно наполнялся тем особым напряжением, которое всегда предшествует дороге.
К этому моменту на широком каменном плато уже собрались главы кланов и воины. Дети жались к родителям, младшие подростки старательно изображали бесстрашие, а старейшины сохраняли такую невозмутимость, будто полёты к древним вратам были их привычным занятием между завтраком и вечерним чаем.
Первым к нам подошёл Лириас.
Он окинул Алису внимательным взглядом, приложил ладонь к груди и склонился с преувеличенной галантностью.
— Прекрасная гостья, — произнёс он с той улыбкой, после которой стоило пересчитывать серебро, — позволь предложить тебе свои услуги. Я доставлю тебя в небо с блеском, изяществом и куда большим опытом в сопровождении девушек, чем у нашего сурового Вернарда.
Алиса моргнула.
— Это сейчас было приглашение… или объявление о скидках?
— Это было спасение от чрезмерно серьёзной компании, — невозмутимо ответил он. — Со мной полёт запомнится как приключение. С ним — как военная операция.
Я посмотрел на него.
— Ещё слово, Лириас, и ты полетишь один. Без крыльев.
Он повернул ко мне голову.
— Видишь? Именно об этом я и говорил. Ни капли романтики.
Алиса с трудом скрыла улыбку.
— А у тебя, значит, сплошная романтика?
— Разумеется. Я могу рассказывать остроумные истории в полёте, поддерживать беседу, отвлекать от страха и принимать благодарные взгляды без ложной скромности.
ГЛАВА 51 ВЕРНАРД
Решение было принято быстро.
— Дети и те, кто не может держаться в воздухе сами, распределяются по сильнейшим взрослым. Старейшин, чьи силы уже не позволяют им принять драконий облик, несут главы родов. Раненые — только с теми, кто удержит защиту в полёте. Никто не отделяется от строя.