Книпхаузен и рад был бы, чтоб над ним поставили того же Горна, тот хотя бы как-то разбирался в местной войне. Однако его величество предпочитал держать Горна при себе, а вперёд выслал именно Книпхаузена. Да ещё и с таким малым количеством кавалерии, что это просто смешно. Кто же шлёт почти одну пехоту в авангард. Однако воевать приходилось с тем, что есть, и тем, кто есть, и привычный едва ли не ко всему Книпхаузен упрямо впрягся и потянул это ярмо. Как умел.
После многие упрекали барона за медлительность, граничившую в умах некоторых с трусостью. Вот только как бы они воевали, окажись на его месте, никто из его недоброжелателей не мог сказать. Оказаться на месте Книпхаузена никто из них не хотел бы. Ну а сам барон принялся воевать, как научили его ещё у Оранского. Тем более что малые крепости в окрестностях города Вышний Волочок (чьего названия выговорить ни сам Книпхаузен никто из его офицеров не мог) уже были выстроены, осталось их только подновить и снова занять. Двигаться дальше с таким смешным количеством кавалерии Книпхаузен не собирался, зато округу, как он считал, контролировал полностью. Так оно и было до появления больших конных сил противника. И вот они-то и нанесли самый большой урон обороне, выстроенной Книпхаузеном.
Сперва казалось никакой опасности даже столь серьёзные силы не представляют. Ведь конница, даже самая наилучшая не сможет взять даже небольшой крепости, если та хорошо укреплена, а уж Книпхаузен постарался, чтобы так оно было. Да и расположены крепости были так, чтобы контролировать округу, враг не смог бы проскочить мимо них, и вынужден был бы штурмовать их одну за другой. Ну а возвращаясь к тому, что конница крепостей не берёт, Книпхаузену казалось, что он в полной безопасности. Вот только эти дикари, настоящие наследники монголов, доказали его неправоту.
Воевать с ними было решительно непонятно как!
* * *
Князь Дмитрий Михайлович Пожарский разглядывал вражескую крепостцу с безопасного расстояния. Зрительная труба ему для этого не была нужна, да и недолюбливал он их, хотя и признавал полезность. Здесь и своими глазами обойдётся, благо, они ему служат как надо.
— Ничего такого, — заметил находившийся при нём родич князь Лопата, поглаживая левой рукой свою бороду, за которую прозвание и получил. — И не такие крепости брали.
— Тут, Дмитрий, — покачал головой князь, — всегда вопрос в цене. Сколь крови православной прольётся, когда мы те крепостцы одну за другой брать станем?
— А оно нам вообще надобно? — задал напрашивавшийся вопрос Иван Шереметев, находившийся, конечно же, в поле, а не оставшийся торчать в Твери вместе с младшим братом. — Для чего вообще те крепостцы брать?