[1]Закупы — категория зависимого населения в Древней Руси. В Древнерусском государстве свободные смерды, заключившие с феодалом особый договор (др.-рус. рядъ), становились рядовичами, которые делились на вдачей и закупов. Если рядович брал взаймы ссуду (купу), то на период отработки этой ссуды (деньгами, скотом, семенами) он селился на земле феодала со своим инвентарём (в законах также упоминается, что инвентарь мог дать и хозяин, правда, получивший нёс за их сохранность ответственность) и становился закупом или ролейным закупом (ролья — пашня). Положение закупа было близко к положению зависимого крестьянина. Согласно Русской Правде, хозяин не имел права на распоряжение личностью закупа, что было не характерно для рабов, но в то же время господин имел право наносить телесные наказания за проступки. Беспричинное избиение закупа хозяином каралось последнему штрафом как за избиение свободного. При попытке бегства закуп становился полным («обельным») холопом, однако он мог свободно уйти на заработки для оплаты долга
Глава восемнадцатая Гдовская битва
Подойдя у Гдову, королевская армия остановилась на несколько дней. Торопливая война заканчивалась, его величество видел, что опоздал. Он знал это и прежде, однако всё же спешно двигался к городу, в надежде, что враг, пускай и достигший его раньше, не успеет как следует укрепиться. Но не тут то было, слишком уж опытные воеводы ему противостояли. Многие в грош не ставили Трубецкого, называя его воровским боярином и припоминая царёву милость за предательство «истинного царя» под Коломенским. И ведь не скажешь же, что тот не настоящий был, когда снова вроде как ему же служишь, чудом спасшемуся. Правда, когда Трубецкой своим стрельцам велел по ляхам да литве палить, считалось, что царь Дмитрий убит, потому вроде как и не изменял ему боярин. Но тут уж всяк на свой лад принимался судить, и мало кто бывал на стороне Трубецкого. Но князь, несмотря ни на что делал своё дело, и делал его хорошо.
Укрепления на пути свейского войска к Гдову встали крепкие. Казаки Заруцкого согнали всех «чёрных людей» копать мёрзлую землю, накидывать валы, вбивать в неё колья. В лес под присмотром всё тех же казаков уходили большие партии дровосеков, тащивших оттуда подходящие брёвна, что тут же острили и обжигали, прежде чем в твёрдую как камень землю забивать. Из срубленных сучьев тут же жгли костры, отогревая землю-матушку, чтобы хоть как-то брали её ломы да заступы, хотя и так они ломались и гнулись после получаса хорошей работы. Гнувшим спину «чёрным людям» оставалось лишь Господа молить об избавлении, и они видели его, как ни странно, в идущих к городу свеях. Как только начнётся война, казакам станет не до них, и они, наконец, оставят народ в покое сидеть в городе и ждать боя. А в том, что битва скоро грянет великая, никто не сомневался, слишком уж крепко засели у Гдова казаки. Да и как говорят на подходе большое войско с обозом и настоящим гуляй-городом, для которого и насыпали валы, рыли рвы и набивали колья.