— Московиты могут отправить свою кавалерию, чтобы прикрыть их, — напомнил его величеству Горн.
— Что ж, — кивнул Густав Адольф, — никогда не был против хорошей кавалерийской рубки.
И вот два сильно потрёпанных конных полка двинулись в атаку на московитских драконов. Остготландские кирасиры остались в тылу, в этот раз для них боевой работы не нашлось. Шли на рысях, чтобы поскорее перехватить врага, и всё равно не успели. Драконы московитов пустили коней галопом, а добравшись до места, остановились и принялись как можно скорее слезать с сёдел, вставая правильными пехотными рядами. Выучке их могли позавидовать иные пехотные полки.
— Прикладывайся! — кричал урядники. — Па-али!
Московиты ехали, конечно же, с заряженными пищалями, и даже с горящими фитилями, чтобы как можно скорее дать залп. Зайдя Лесли с левого фланга они обстреляли готовившихся к новому штурму шотландцев и финнов. И вместо того, чтобы, видя скачущих на них рейтар, тут же вскочить в седло и убраться подальше, безумные московиты принялись перезаряжать свои аркебузы.
— Это же безумие, — отнял окуляр от глаза король, — их же сомнут, растопчут наши рейтары. Они должны отступать!
— Это московиты, ваше величество, — покачал головой генерал Горн. — Они никогда не воюют так, как от них того ждёшь.
Алябьев понимал, что рискует всем. Но он отлично видел, что враг ещё далеко. Рейтары не рискнули пустить коней галопом, обходя позиции отступивших от укреплений своих товарищей, и это давало его самопальщикам время для ещё одного залпа. А уж с пищалями они обращались достаточно ловко, чтобы распорядиться этим временем правильно.
— Заряжай! — кричали урядники, и почти сразу, видя, что уже у всех пищали заряжены и порох на полке, звучит следующая команда. — Фитиль крепи!
Рейтары обошли свою пехоту, и строятся для атаки. Подравнивают ряды, чтобы пройти оставшееся расстояние на быстрой рыси, разрядить во врага пистолеты, и тут же ударить в палаши. Смять, растоптать врага! Расквитаться за позор на Валдае.
— Прикладывайся! — Урядники надрывают глотки, но кричат, чтобы их услышали в грохоте боя. Конные самопальщики люди уже проверенные боем и своё дело знают, под угрозой вражеского натиска не дрогнут. — Па-али!
Разом рявкнули несколько сотен пищалей, плюнув свинцом пуль в строившихся для нового штурма валов свейских солдат. Почти одновременно ударили картечью с укреплений установленные там пушки, их поддержали выжившие стрельцы. И тут случилось страшное — солдаты бригады наёмного шотландского генерала Александра Лесли дрогнули.