Волосы. Они уже были заметны, и Андрей Николаевич не удержался и подёргал за них — сидят крепко. Хорошо, что он не видел того, как баба Кристина выдёргивала их из его головы пучками, а он даже не чувствовал этого.
В общем, это было очевидно, у него стал появляться вкус к жизни, и он не стал бы отрицать, что это ощущение интереса пришло нему в тот момент, когда он разглядывал женщин в нижнем белье в планшете своего куратора. А уже вечером его по-настоящему захватил азарт, когда он стрелял из плохого оружия по кактусам, когда стал радоваться первым своим попаданиям.
«Раздетые женщины и оружие — примитивненько, однако, — он только усмехнулся этой своей мысли, и тут же подумал: — Но, если Жанна не врёт, мне сейчас физиологически лет тридцать. А значит, и гормоны тридцатилетнего. Ну, для этого возраста вполне себе нормальные интересы». Живи он сейчас с этим телом во внешнем мире, к этим двум интересам прибавились бы ещё и деньги, но здесь, в убежище, они не нужны. Деньги, оружие, женщины и уважение коллег, вот что интересовало его в тридцать. Он тогда даже о карьере не очень-то думал.
«В общем, всё нормально».
В это утро Горохов как будто проснулся после болезни или тяжёлого сна. Вот только… одна мысль смазывала всю радужную картину его предвкушений и приятных планов. У него оставалось мало времени. Задерживаться в этом уютном местечке Андрей Николаевич не мог, и уже сегодня он собирался поговорить с Жанной об этом. А та пришла к нему как раз тогда, когда он закончил утренний туалет. Она была явно в приподнятом настроении.
— Я была у Всеблагого, он проявляет интерес ко всему, что касается вас, Андрей Николаевич. Мы говорили с ним о вас больше двадцати минут. Я сообщила ему, что ваша половая система работает хорошо, хорошая реакция, хорошая эрекция, обильная эякуляция… — она добавляет: — Всеблагой просил провести ещё пару исследований для общей картины.
— Когда вы только всё успели? — Горохов взглянул на часы. Ещё не было и пяти утра, столовая ещё не работала.
— Меня вызвали к нему в половине третьего, я полтора часа ждала аудиенции, — отвечала куратор. — Да, кстати, у вас хорошее семя. Высокая подвижность сперматозоидов. Всё выше среднего.
— Вы уже сделали анализ? — он снова удивляется.
— Да, я отнесла его в лабораторию сразу, как только ушла от вас, пошла разбудила лаборантку, я думала, что утром меня вызовут ко Всеблагому, и видите — угадала, я пришла к нему с готовыми данными. Хорошо, что мы всё успели сделать вчера, — она улыбалась.
— Да, хорошо; кстати, мне тоже понравилось, — говорит ей Горохов.