— Н-нет. Я приведу его.
— Хорошо. Пойду принесу лекарства.

Я опустился на свободный стул в Wolf Gap Bar & Grill, и брат подвинул ко мне стакан газировки.
— Выглядишь слегка потрепанным.
— Утро выдалось долгим. — Я сделал большой глоток колы и едва не вздохнул вслух. Вот бы туда еще плеснуть немного Jack Daniel’s.
Колдер подтолкнул ко мне тарелку начос.
— Поешь. Мне всегда помогает.
Я взял чипс с сыром и сунул в рот. Едва не застонал.
— Черт, как же я по ним скучал.
— Ничто не сравнится с едой из дома, — пробормотал Хейз.
Колдер поднял стакан.
— Аминь.
Хейз перевел взгляд на меня.
— Все в порядке?
— Не уверен. — Я на миг замолчал, взвешивая, что могу сказать, а что нет. — Максвеллы тоже из всей этой общины, с которой связаны Кемперы?
— Кора и Брэндон? — спросил Хейз.
— Да.
Его глаза чуть сузились.
— Да. Брэндон работает на Аллена.
Ну конечно. Они звучали как два сапога пара из одного и того же поломанного мира. В Вулф-Гэпе и окрестностях была крепкая община выживальщиков, людей, которые предпочитали жить отдельно от системы. Большинство просто хотело уметь обеспечить семьи и защитить их, если случится худшее. Но часть этой группы больше походила на параноидальное ополчение, и именно с ними отождествляли себя Кемперы. От мысли, что этот милый малыш будет расти в таком мире и пройдет через то же, через что прошла Адди, меня мутило.
— Кто-то из них приходил в клинику? — надавил Хейз.
— Ты знаешь, я не могу делиться такими вещами. Но ты мог бы рассказать мне о них в целом. Там все как раньше?
— В общем, да, — ответил Колдер, покосившись на Хейза. — После того как Иэн сел, несколько человек из ближнего круга Аллена стали держаться подальше. Но большинство осталось. Они считают, что Хейз использует закон в своих целях.
Для моего брата вряд ли могло быть оскорбление хуже. Он выкладывался полностью, чтобы люди в его округе были в безопасности.
— А медицинская помощь? — спросил я.
Хейз покачал головой.
— У людей Кемпера сильный упор на самостоятельность. Обращение к врачам они считают слабостью.
— Это идиотизм.
Колдер схватил начос и отправил в рот.
— Нам можешь не объяснять. У меня нет ни малейшего желания умереть от гангрены или еще какой-нибудь предотвратимой дряни.
Система была сломана во многих смыслах, но это не значило, что ее нужно избегать полностью. Вулф-Гэп всегда был местом, где помогали тем, кто в этом нуждался, и меня потрясало, что целая группа людей может не получать медицинской помощи. От мысли, что Адди выросла именно так, у меня все внутри скручивалось. Представить ее раненой или больной, без единого человека рядом, готового помочь, — от этого в животе вспыхнула такая ярость, что я сам испугался.