– Больше так не делай!
– Не буду! – пообещал я им и вернулся наверх на фишку.
Мы закидали всю открытку между нами и украинцами ПОМками и посматривали, чтобы они не пошли в накат на наши позиции. Как и мы, они понимали всю убийственность накатов через открытку в сто метров и не предпринимали никаких активных действий. Пару раз в день они вылазили из своей норы, стреляли, обозначая свое присутствие, и прятались обратно. За этим одиночным домом стоял еще один дом, а между ними были окопы, по которым они передвигались во время ротации. В отличие от нас, воевавших без отпусков и перерывов на обед, украинцы жили по стандартам НАТО и каждые два дня меняли уставшие подразделения на более свежие. Мы тоже целых пять дней не штурмовали и отдыхали на захваченных позициях. За это время я неоднократно ходил к Немезиде, но всякий раз получал один и тот же ответ: «Отдыхаем и восстанавливаем силы. Ждем, Флир, ждем, что отцы-командиры решат».
На шестой день, во время рядового обстрела, я услышал по рации, что Немезиду ранило, и вместо него назначили Око. Око вызвал нас к себе в подвал, откуда у нас начались все штурмы, и мы с Ван Даммом перебежками пошли встречаться с новым командиром. Иванград стал ужасно «родным» за эти полтора месяца. Я, как кот, мог передвигаться по нему вслепую в полной темноте. Каждый такой поход мог стать последним, но я уже совсем не думал про это. Благополучно добравшись до подвала, мы застали там много народа, все обсуждали последние новости «ЗК-ФМ». Пока Око был занят, я увидел грустного Сибарита и Лэда, которые шептались в углу о чем-то своем. Чтобы узнать новости, я подсел к ним и решил попить кофе, которым щедро угощали здесь всех желающих.
– Привет! – пожал я их клешни. – Что слышно от нового командира? – кивнул я в сторону Око.
– Слушай… Тут такие новости… – туманно начал Лэд. – Вроде после Иванграда обещали передышку, а тут Око намекает, что мы вместе с четверкой какие-то позиции в поле брать будем. Мол, у них потери большие, и нас, как всегда, на усиление бросают.
– Говорят, что соберут группу самых лучших, железобетонную группу, и мы пойдем какой-то опорник брать в поле, – с тревогой в голосе продолжил Сибарит, – а там открытки метров двести, а то и триста! – выпучил он глаза.
– Я что-то пока такой информации не слышал, – попытался я успокоить их.
– Вот видишь, – стал поддерживать Лэд Сибарита, – переночуем, а там видно будет. Там уж, как карта ляжет. Суждено, значит суждено. Не суждено… Для чего-то же мы созданы. Мне вот домой точно вернуться нужно. У меня ребенка от первой жены в детский дом забрали, – с грустью сказал Лэд. – А сам знаешь, что там, в детском доме. Я поэтому и пошел, чтобы вернуться и забрать его.