– Пацаны, пацаны… Помогите! Я горю тут!
– Ты живой, что ли? – удивился я. – Это ты тут орал?
– Нет. Это не я. Я только руки его вижу. Он так кричал, а я не мог ничего сделать… Меня тут плитой привалило, но я целый. Только ноги обожгло.
Я заглянул в то место, где лежал наш двухсотый, и отшатнулся.
– Что там? – спросил Немезида.
– Такое себе… Продвинемся дальше, заберут его. Запомните место.
Мы стали быстро отковыривать второго бойца. Ему повезло больше, чем первому. Когда по дому отработал танк, он сидел в углу, и его просто закрыло упавшей с потолка плитой. Ею же придавило и второго бойца, который сгорел заживо. Вытащив парня, мыоттянулись на огород, где нашли еще один старинный подвал, выложенный булыжниками. Посовещавшись с Немезидой, мы решили отправить всех назад, а сами – передохнуть в ожидании бойцов второго взвода.
– Нормально все? – спросил я парня, который был в доме.
– Да… – он посмотрел на меня бездонным взглядом, ища помощи или поддержки. – Он так кричал… А что я мог?! Я и до автомата не мог дотянуться, чтобы того…
– Потом, будет возможность, свечку за упокой поставишь да помолишься. А сейчас нужно выдвигаться.
– Хорошо, – сказал он и сел на два автомата, которые вместо носилок подставили ему бойцы.
Подвал, в который мы перебрались, сооружали еще при царе, и своей монументальностью внушал доверие. Если бы не шум стрелкотни вокруг, можно было бы подумать, что я просто отдыхаю где-то на юге и спасаюсь тут от полуденной жары. Выход из подвала был в сторону соляных разработок, и я не мог видеть из него движение на линии соприкосновения. К тому же он был таким глубоким, что в нем не ловила рация. Мы с Немезидой выползли почти наверх и сели на ступеньки.
– Вот так вот… – подвел я итог сегодняшним приключениям.
– Тело ломит все. Вот денек. Думал, окочурюсь. Спасибо, кстати, что откачал, – улыбнулся он мне.
Сил отвечать на его благодарность не было, и я просто моргнул ему в ответ. Я взял рацию и вышел на эвакуационную группу, сообщив им место, где лежал двухсотый, и количество бойцов, отправленных нами в тыл. Не успел я договорить, как в трех метрах от входа взорвался ВОГ, и нас с Немезидой взрывной волной сбросило вниз. Мы скатились кубарем в подвал и стали ощупывать себя.
– Опять… – услышал я стон Немезиды в темноте подвала. – Ты живой?
– Хер знает… Вроде все нормально.
– Видимо, осколки верхом пошли.
Мы выползали наружу, поднимаясь по крутой лестнице, как на Голгофу.
– Сидеть не будем, – сказал Немезида. – Давай, последний дом посмотрим, и все. На этом наша работа сделана.