– Мне нужно рассказать Эли. Все должны об этом узнать.
– Но почему ты, Мира? – спрашивает Агнес. – Зачем им нужна ты?
– Из-за магии, полагаю. Магию они ценят превыше всего. – Я качаю головой. – Нам нужно идти. Вернуться на «Фантом», вывести всех. Найти другие команды. Пусть все тут сгорит. А народ Пенскало заберет то, что принадлежит им.
– А я? – неуверенно подает голос Сет. – Я пойду с вами?
Смотрю на него, потом на Агнес.
– Ты их слышала, они его выпорют, если поймают. А потом, скорее всего, повесят.
Агнес пожимает плечами, изображая безразличие.
– Он этого заслуживает.
Приподнимаю брови – и тоже пожимаю плечами. Я знаю, что отведу его к Мирри, я уже решила. И Агнес на самом деле так не думает. Никто не заслуживает того, чтобы его оставили на милость капитана Леггана. И когда Сет съеживается, робко глядя на нас, я понимаю, что уже не злюсь на него так, как раньше. А что я чувствую? Он предал меня, использовал… но я не чувствую ненависти, я больше не хочу видеть, как он страдает.
Что я чувствую к Сету, так это жалость.
– Мы доставим тебя Мирриам, – говорю я тихо. – Ты ее родственник, ей и решать.
Плечи Сета поникают.
– Спасибо.
Агнес закатывает глаза, и я знаю, что она думает. Я слишком мягка. Нужно было бросить его, чтобы он достался дозору. Но смертей и так было достаточно. Достаточно ненависти. Я не хочу, чтобы еще одна душа была на моей совести, даже душа Реншоу. У нас есть проблемы и посерьезнее.
Мы проверяем, чисто ли в коридоре, выскальзываем из кабинета и спускаемся по лестнице. Дым клубится грозовыми тучами, по тюрьме разносятся надсадные крики. Прикрыв ладонью рот, спешу за рыжими волосами Агнес, надеясь, что и Сет не отстает. Мы возвращаемся к старому причалу той же дорогой, что и пришли сюда, встречая по пути других, ухмыляющихся, измазанных сажей, забрызганных вражеской кровью.
В какой-то момент к нам присоединяется Мирриам.
– Ничего беспорядочки, а?
Я киваю на Сета:
– Что думаешь? – И Мирриам, охнув, бьет его кулаком по плечу.
– Ой, – скулит он. – Это обязательно?
– Собираешься бежать к дозору?
– Нет, – бормочет он, потирая руку. – Я только что сбежалот них.
Мирриам снова замахивается, и на сей раз удар приходится в челюсть.
– Мирри! Что за?..
– Это за ту засаду. За то, что пошел против нас.
Сет сплевывает кровь.
– Я это заслужил.
– Вот уж точно.
– Теперь он твоя проблема, Мирри, – говорю я, огибая угол таверны – пустующей, ведь еще не снят комендантский час. – Предоставляю тебе решать, что с ним делать.
Она молча смотрит на кузена – с печалью, гневом, разочарованием, к которым примешивается еще что-то. Любовь? Да, и облегчение.